Соединенные Штаты уже потратили около $30 млрд на военные операции против Ирана. Такую оценку озвучил директор Административно-бюджетного управления Белого дома Рассел Воут во время слушаний в комитете по ассигнованиям Палаты представителей Конгресса США.
Его заявление стало одной из первых публичных попыток администрации Дональда Трампа обозначить прямую стоимость кампании, которая до этого оставалась предметом споров между Белым домом, Пентагоном и законодателями.
Отвечая на вопрос конгрессменов о расходах, Воут заявил: «Мы потратили около $30 млрд».
При этом он не стал подробно раскрывать структуру затрат и подчеркнул, что опирается на расчеты, предоставленные оборонным ведомством.
Когда в ходе слушаний прозвучало предположение, что реальные расходы могут превышать $100 млрд, представитель администрации ответил, что говорит только о тех данных, которые получил от Пентагона.
Эта оценка важна не только сама по себе, но и в динамике. Еще в апреле Воут признавал, что Белый дом не готов назвать даже приблизительную стоимость войны с Ираном.
Тогда он заявил на слушаниях в бюджетном комитете Палаты представителей, что администрация «все еще работает» над оценкой потребностей и не имеет готового ориентира по сумме.
Теперь сумма в $30 млрд стала политическим аргументом в более широком споре о цене ближневосточной кампании.
По данным «Air & Space Forces Magazine», нынешняя оценка Белого дома на $1 млрд выше майского показателя, который называл исполняющий обязанности финансового контролера Пентагона Джулс Херст, и примерно на $5 млрд выше апрельской оценки оборонного ведомства.
Это показывает, что даже после объявления о прекращении огня расходы продолжают расти — за счет поддержания расширенного военного присутствия в регионе, использования дорогостоящих боеприпасов, операций флота, авиации и систем противоракетной обороны.
Однако $30 млрд — это, вероятно, только прямая и уже учтенная часть военных расходов. Администрация Трампа ранее запросила у Конгресса $87,6 млрд дополнительного финансирования, значительная часть которого связана с конфликтом вокруг Ирана.
В письме Белого дома указывалось, что $67,1 млрд должны покрыть расходы, связанные с иранским направлением, включая $21 млрд на закупку боеприпасов и поддержку оборонно-промышленной базы США.
Именно это расхождение между уже потраченными $30 млрд и запрошенными десятками миллиардов дополнительных средств вызвало критику в Конгрессе.
Демократы утверждают, что администрация фактически просит налогоплательщиков оплатить войну, которую законодатели заранее не санкционировали.
Сенатор Пэтти Мюррей, старший демократ в комитете по ассигнованиям Сената, заявила, что не намерена автоматически одобрять новые десятки миллиардов долларов на конфликт, который она назвала «катастрофической войной выбора».
Финансовая дискуссия осложняется и состоянием самого Пентагона.
Ранее на слушаниях законодатели обеих партий критиковали Минобороны США за хронические проблемы с отчетностью и неспособность пройти полноценный аудит.
На этом фоне просьбы о новых военных ассигнованиях воспринимаются частью Конгресса особенно болезненно: администрация требует резкого увеличения оборонных расходов, но не всегда может убедительно объяснить, как именно уже израсходованы прежние средства.
Помимо прямых бюджетных затрат, война с Ираном ударила и по американским домохозяйствам. По оценке главного экономиста Moody’s Analytics Марка Занди, конфликт уже обошелся среднестатистической американской семье примерно в $1000 за счет роста цен на бензин, дизельное топливо, авиаперелеты, продукты и кредитные расходы.
CBS News приводит его расчеты, согласно которым только дополнительные расходы на бензин составили около $300 на домохозяйство, а рост дизельных издержек добавил еще примерно $200 через подорожание доставки товаров и продуктов.
«Business Insider» также отмечает, что Занди повысил свою прежнюю оценку с $750 до $1000 на домохозяйство, объяснив это более длительным воздействием конфликта на топливные рынки, логистику, авиацию и инфляционные ожидания.
По его расчетам, военные расходы сами по себе добавили около $250 на американское домохозяйство, поскольку ведение сложной операции вдали от территории США требует значительных затрат на боеприпасы, авиацию, флот и обслуживание инфраструктуры.
Таким образом, реальная цена кампании против Исламской Республики складывается из нескольких уровней.
Первый — прямые расходы Пентагона, которые Белый дом сейчас оценивает примерно в $30 млрд.
Второй — будущие ассигнования, необходимые для восполнения боеприпасов, поддержания военного присутствия и финансирования операций.
Третий — косвенные издержки для экономики США: рост цен на топливо, продукты, авиаперевозки, логистику и возможное давление на процентные ставки.
Для администрации Трампа эта тема становится политически опасной.
С одной стороны, Белый дом стремится показать, что кампания против Ирана была необходимой с точки зрения национальной безопасности.
С другой — избиратели все чаще оценивают внешнюю политику через собственные расходы: стоимость бензина, продуктов, кредитов и авиабилетов.
Если конфликт не будет окончательно урегулирован, экономический эффект может стать для республиканцев серьезным фактором риска накануне промежуточных выборов.
Главный вывод заключается в том, что сумма в $30 млрд не закрывает вопрос о цене иранской кампании.
Напротив, она лишь открывает новый этап спора: сколько Соединённые Штаты Америки уже заплатили, сколько еще придется выделить и кто в итоге понесет основную нагрузку — федеральный бюджет, налогоплательщики или американские потребители через рост цен.
Пока Белый дом говорит о прямых военных расходах, экономисты указывают на более широкую стоимость конфликта, которая уже ощущается далеко за пределами Ближнего Востока.
