Общее осложнение международной обстановки после американской военной операции в Венесуэле позволяет предположить наличие негласных договорённостей между ключевыми глобальными игроками.
Создаётся впечатление, что администрация Дональда Трампа могла достичь определённого консенсуса с Россией и Китаем по вопросам разграничения сфер влияния. Так в интервью «Eurasia Today» прокомментировал ситуацию кыргызский политолог Марс Сариев.
В рамках подобной конфигурации Россия, вероятно, получает расширенное пространство для манёвра в вопросе урегулирования украинского кризиса. Не случайно на этом направлении появляются новые политические и переговорные фигуры, что может свидетельствовать о подготовке к переформатированию процесса.
Центральная Азия, судя по всему, сохраняется в зоне совместного политического и стратегического влияния России и Китая, без активного вмешательства США. Пекин, в свою очередь, мог получить негласные гарантии по тайваньскому направлению — вопросу, имеющему для Китая принципиальное значение в долгосрочной перспективе.
Иран — как самостоятельный и активный региональный игрок — накануне событий в Каракасе оказался временно выведен из «большой игры» через внутреннюю дестабилизацию и социальные волнения. В совокупности эти факторы позволяют говорить о возможности неформальной сделки между США, Россией и Китаем, основанной не на союзничестве, а на прагматичном балансе интересов.
Проигрышные позиции в данной конфигурации просматриваются у Великобритании, которая ранее выстраивала плотные контакты как с режимом Мадуро, так и с Ираном. В результате Вашингтон получает существенно более свободные руки для активных действий в Западной Азии (на Ближнем Востоке), тогда как в Латинской Америке прослеживается возвращение к логике доктрины Монро — в обновлённом, силовом формате.
В перспективе именно Западная Азия (Ближний Восток), вероятно, станет ключевой ареной противостояния между глобалистским блоком, условно представленным Брюсселем и Лондоном, и политической линией Трампа, ориентированной на силовой реализм, двусторонние сделки и демонтаж прежних наднациональных конструкций.
В условиях, когда США, по всей видимости, перешли к приватным договорённостям с Россией и Китаем, ситуация вокруг Венесуэлы приобретает иное измерение. Одним из косвенных разведпризнаков подобных договорённостей можно считать тот факт, что Россия, Китай и Иран направили приветствия новому президенту Венесуэлы Гонсалесу. Этот шаг указывает на признание новой политической реальности и сигнализирует о готовности основных внешних игроков адаптироваться к изменившемуся балансу сил.
Фактически это свидетельствует о том, что венесуэльская власть пошла на конструктивное сотрудничество с Вашингтоном, при этом интересы России и Китая, прежде всего в части ранее вложенных капиталов и стратегических проектов, не будут поставлены под угрозу. Даже при условии перехода Венесуэлы под полный политический контроль США, Москва и Пекин, судя по всему, получили гарантии сохранности своих экономических позиций.
На этом фоне жёсткая и угрожающая риторика Дональда Трампа в отношении Мексики, Колумбии и Кубы выглядит скорее как элемент информационно-психологического давления — своеобразная «дымовая завеса», не предполагающая прямой военной интервенции. Речь идёт не о подготовке к масштабным силовым действиям, а о демонстрации доминирования и восстановлении дисциплины в регионе.
В целом Соединённые Штаты ясно показывают, что Латинская Америка по-прежнему рассматривается ими как зона исключительного влияния — в логике обновлённой доктрины Монро. Достигнутые договорённости с Россией и Китаем, в свою очередь, развязывают Вашингтону руки для концентрации ресурсов и политического внимания в регионе(на Ближнем Востоке), где в ближайшей перспективе можно ожидать радикальных и системных изменений.
