Россия сохраняет способность гарантировать собственную безопасность независимо от дальнейшей судьбы Договора о стратегических наступательных вооружениях (ДСНВ, СНВ-3).
Об этом заявил в интервью ТАСС замминистра иностранных дел РФ Сергей Рябков, комментируя перспективы контроля над ядерными вооружениями после истечения срока действия соглашения.
Отвечая на вопрос о том, что последует за завершением действия СНВ-3, дипломат был предельно прямолинеен.
«Ничего», — сказал он, пояснив, что речь идет не только об отсутствии нового договора-замены, но и о том, что стратегическая безопасность России при этом не окажется под угрозой.
По словам Рябкова, потенциал сдерживания и система национальной безопасности РФ остаются достаточными и устойчивыми даже вне рамок формальных договоренностей с Соединенными Штатами.
Замглавы МИД напомнил, что Россия приостановила участие в СНВ-3 на фоне резкого ухудшения отношений с Вашингтоном и, как подчеркнул дипломат, «серьезных отклонений американской стороны от требований договора».
Эти вопросы, по его словам, неоднократно поднимались еще в период администрации бывшего президента США Джо Байдена, однако так и не получили удовлетворительного разрешения.
Дополнительный контекст ситуации был обозначен ранее президентом РФ Владимиром Путиным.
22 сентября 2025 года на совещании с Советом безопасности он заявил, что Москва готова после истечения срока действия СНВ-3 в феврале сохранить в течение еще одного года добровольное соблюдение количественных ограничений по стратегическим наступательным вооружениям.
При этом глава государства подчеркнул, что такой шаг возможен исключительно на принципе взаимности — при аналогичных действиях со стороны США.
Однако, как следует из последующих заявлений МИД РФ, реакция Вашингтона на эту инициативу остается неопределенной.
22 января официальный представитель внешнеполитического ведомства Мария Захарова сообщила, что российская сторона до сих пор не получила предметного и официального ответа от США.
Эксперты отмечают, что возможный окончательный уход СНВ-3 без продления или замены станет первым за десятилетия случаем отсутствия юридически обязывающего режима контроля над стратегическими ядерными арсеналами России и США.
Вместе с тем Москва последовательно заявляет, что приоритетом остается не формальное существование договора, а реальный баланс сил, предсказуемость и предотвращение прямого военного столкновения между ядерными державами.
В российской позиции подчеркивается, что ответственность за дальнейшую эрозию архитектуры стратегической стабильности лежит на Соединённых Штатах, которые, по оценке Москвы, увязали вопросы контроля над вооружениями с общей конфронтационной политикой в отношении РФ.
В этих условиях Российская Федерация
, как следует из заявлений официальных лиц, делает ставку на собственные возможности сдерживания, развитие современных стратегических систем и сохранение гибкости в принятии решений.
Справка ИА «Eurasia Today»: ДСНВ (Договор о стратегических наступательных вооружениях), также известный как СНВ-3, — это последний действовавший договор между Россией и США в сфере контроля над ядерными вооружениями.
- Подписан: 8 апреля 2010 года в Праге
- Вступил в силу: 5 февраля 2011 года
- Срок действия: 10 лет с возможностью продления (продлён в 2021 году до февраля 2026 года)
Что ограничивал СНВ-3:
-
До 1550 развёрнутых ядерных боезарядов у каждой стороны
-
До 700 развёрнутых носителей (МБР, БРПЛ, тяжёлые бомбардировщики)
-
До 800 развёрнутых и неразвёрнутых пусковых установок и носителей
Договор предусматривал механизмы взаимных инспекций, обмен данными и уведомления для поддержания стратегической стабильности и предсказуемости.
Текущий статус:
-
В феврале 2023 года Россия приостановила участие в договоре, обвинив США в нарушениях и использовании СНВ-3 в условиях конфронтации.
-
Формально срок действия договора истекает в феврале 2026 года.
-
Россия заявляла о готовности временно соблюдать количественные ограничения на взаимной основе, однако предметного ответа от США получено не было.
СНВ-3 остаётся последним элементом архитектуры ядерного контроля между двумя крупнейшими ядерными державами; после его прекращения юридически обязывающих договоров в этой сфере не останется.
