По оценкам «Al Jazeera», объём замороженных активов Ирана за рубежом может достигать порядка $100 млрд. Эти средства распределены по сложной сети финансовых инструментов и юрисдикций, сформированной в результате многолетнего санкционного давления.
Речь идёт не только о денежных резервах, но и о доходах от продажи нефти, замороженных банковских счетах, а также средствах, находящихся в виде кредитных линий и взаиморасчётов с иностранными партнёрами.
Наибольший объём иранских средств, по данным источников, сосредоточен в Китае — около $20 млрд долларов.
Значительные суммы также находятся в Индии (примерно $7 млрд), Ираке (около $2 млрд), Cоединённых Штатах ($2 млрд) и Японии (порядка $1,5 млрд).
Эти активы, как правило, связаны с расчётами за поставки нефти и газа, которые из-за санкционных ограничений не могут быть свободно переведены в распоряжение Тегерана.
Формирование такого объёма замороженных средств напрямую связано с санкционной политикой, ужесточившейся после выхода США из ядерной сделки (JCPOA) в 2018 году.
В результате многие страны, продолжавшие закупать иранские энергоресурсы, были вынуждены переводить платежи на специальные счета с ограниченным доступом. В ряде случаев средства могут использоваться только для закупки гуманитарных товаров — продовольствия, медикаментов и базовой продукции.
Эксперты отмечают, что замороженные активы стали важным инструментом политического давления. Их разблокировка нередко рассматривается как элемент переговоров между Исламской Республикой Иран и западными странами.
Например, в последние годы обсуждались механизмы частичного размораживания средств в обмен на ограничение ядерной программы или другие политические шаги. Однако такие договорённости часто сталкиваются с юридическими и политическими препятствиями.
С экономической точки зрения доступ к этим средствам мог бы существенно поддержать иранскую экономику, особенно в условиях ограниченного доступа к международным рынкам капитала.
Дополнительная ликвидность позволила бы стабилизировать валютный рынок, увеличить импорт критически важных товаров и ускорить развитие инфраструктурных проектов.
В то же время отсутствие доступа к активам вынуждает Тегеран искать альтернативные финансовые механизмы, включая бартерные схемы и расчёты в национальных валютах.
В более широком контексте ситуация с замороженными активами Исламской Республики отражает трансформацию мировой финансовой системы, где санкции становятся ключевым инструментом геополитического влияния.
Это также стимулирует страны искать альтернативы долларовой системе, развивать региональные платёжные механизмы и усиливать финансовый суверенитет.
Таким образом, вопрос замороженных активов выходит далеко за рамки двусторонних отношений и становится частью глобальной экономической и политической повестки.
Его решение во многом будет зависеть от будущего международных переговоров и баланса сил в мировой политике.
