Казахстан вновь оказался в центре международной дипломатии вокруг иранской ядерной программы.
Гендиректор Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) Рафаэль Гросси в интервью «Financial Times» сообщил, что Астана выразила готовность рассмотреть возможность хранения части запасов иранского обогащенного урана в случае достижения соответствующих договоренностей между Ираном, США и другими участниками переговорного процесса.
По словам главы МАГАТЭ, данный вопрос обсуждался во время его встречи с президентом Казахстана Касым-Жомартом Токаевым в Астане.
Речь идет о возможном размещении на территории республики около 440 килограммов иранского урана, обогащенного до уровня 60%.
Именно этот материал в последние годы остается одним из главных предметов споров между Тегераном и западными государствами, поскольку такой уровень обогащения значительно превышает параметры, предусмотренные Совместным всеобъемлющим планом действий (СВПД) 2015 года.
Казахстан рассматривается как один из наиболее вероятных кандидатов для хранения подобных материалов благодаря уже существующей инфраструктуре МАГАТЭ.
С 2019 года на территории Ульбинского металлургического завода в Усть-Каменогорске действует Банк низкообогащенного урана МАГАТЭ.
Этот объект был создан при поддержке международного сообщества как резервный источник ядерного топлива для государств, развивающих мирную атомную энергетику.
Наличие такого объекта делает Казахстан одной из немногих стран мира, обладающих необходимыми техническими и организационными возможностями для безопасного хранения ядерных материалов под международным контролем.
Во время переговоров с Рафаэлем Гросси президент Токаев подтвердил приверженность Казахстана принципам ядерного нераспространения и укрепления международной безопасности.
Глава государства подчеркнул готовность республики содействовать урегулированию ситуации вокруг иранской ядерной программы при наличии международно согласованных решений и соответствующих юридических механизмов.
Эксперты отмечают, что подобная роль соответствует многолетней политике Казахстана в сфере ядерного разоружения.
После распада СССР республика добровольно отказалась от одного из крупнейших в мире ядерных арсеналов, закрыла Семипалатинский ядерный полигон и впоследствии стала одним из наиболее активных сторонников глобального режима нераспространения.
Благодаря этому Казахстан пользуется высоким уровнем доверия как со стороны западных государств, так и со стороны стран Азии и Ближнего Востока.
Обсуждение будущего иранского урана проходит на фоне продолжающихся консультаций между Тегераном и Вашингтоном.
Одним из возможных элементов будущего соглашения может стать вывоз части иранских запасов высокообогащенного урана за пределы страны под международный контроль. Ранее о готовности участвовать в подобных механизмах заявляли также Россия и Китай.
В то же время США выступают за максимально жесткий контроль над иранскими запасами, тогда как Тегеран настаивает на сохранении своего права на мирное развитие ядерных технологий и отвергает варианты, которые могли бы ограничить его суверенные возможности.
Если соответствующее соглашение будет достигнуто, Казахстан может сыграть роль нейтральной площадки, способствующей снижению напряженности вокруг одного из самых сложных международных кризисов последних десятилетий.
Для Центральной Азии это также станет подтверждением растущего значения региона в вопросах глобальной безопасности и международной дипломатии.
Иранские официальные лица неоднократно подчеркивали, что вопрос вывоза или хранения обогащенного урана за пределами страны может рассматриваться только в рамках всеобъемлющего соглашения, предусматривающего отмену санкций, международные гарантии и признание права Ирана на мирную ядерную программу.
Министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи ранее заявлял, что накопленные запасы урана являются результатом законной деятельности Ирана в рамках национальной ядерной программы и представляют собой важный переговорный актив Тегерана.
По его словам, любые решения относительно этих материалов должны приниматься исключительно с учетом национальных интересов страны.
Представители иранского парламента и Организации по атомной энергии Ирана также неоднократно отмечали, что Тегеран не согласится на передачу своих запасов урана непосредственно США или под контроль государств, которые могут использовать этот вопрос как инструмент давления.
В то же время в Исламской Республики традиционно более позитивно относятся к вариантам хранения материалов в дружественных или нейтральных странах при наличии международных гарантий.
С точки зрения иранских аналитиков, кандидатура Казахстана выглядит более приемлемой, чем передача материалов западным государствам. Это связано с несколькими факторами:
- Казахстан поддерживает хорошие отношения как с Ираном, так и с западными странами;
- Страна обладает международно-признанной инфраструктурой МАГАТЭ для хранения низкообогащенного урана;
- Казахстан считается относительно нейтральным посредником в международных кризисах;
- Астана традиционно выступает за ядерное разоружение и нераспространение.
При этом многие иранские эксперты подчеркивают, что главным вопросом для Тегерана остается не место хранения урана, а гарантии выполнения обязательств другой стороной.
В Иране до сих пор напоминают о выходе США из ядерной сделки 2018 года и считают, что без надежных международных механизмов контроля любое новое соглашение может оказаться недолговечным.
Таким образом, Исламская Республика не исключает обсуждения вопроса хранения части обогащенного урана за рубежом, включая Казахстан, однако только в рамках комплексного соглашения, предусматривающего отмену санкций, сохранение права на обогащение урана и предоставление международных гарантий выполнения обязательств всеми сторонами.
