Три дипломата ЕС, пожелавших остаться анонимными, рассказали изданию Politico, что группа европейских государств готовится обратиться к 8–10 странам вне ЕС с предложением разместить на своей территории центры для мигрантов, которым отказано в убежище. В списке потенциальных партнёров фигурируют Казахстан и Узбекистан.
Инициативу продвигают Нидерланды, Австрия, Дания, Германия и Греция. Нидерланды уже получили от своего парламента юридическое разрешение на переговоры, конкретные шаги ожидаются до конца 2026 года. Логика схемы: центральноазиатские страны принимают депортируемых из ЕС на своей территории, ЕС взамен предлагает помощь в развитии и упрощение предоставления визового режима.
Схема уже отрабатывается. Австрия в мае 2026 года подписала с Узбекистаном соглашение об использовании узбекской территории как транзитного коридора для депортации афганцев. А взамен инвестиции и облегчённый доступ узбекских трудовых мигрантов в Австрию. Теперь речь идёт о постоянных центрах содержания и возврата.
Предложение ЕС упирается в фундаментальное несоответствие. Центры депортации будут принимать не тех, кого в Европе не хватает, а тех, кому там отказали. Депортируемые — это люди с отклонёнными заявками на убежище, нередко с уголовными судимостями или нарушениями миграционного режима. Это не квалифицированные специалисты, не студенты, не люди, которые легко интегрируются в казахстанское или узбекское общество.
Взамен Европа предлагает «помощь в развитии». Для Казахстана, который в последние годы активно работал над облегчением доступа своих граждан в ЕС, это может выглядеть привлекательно. Но реальная цена сделки значительно выше возможных бонусов.
Во-первых, правовые риски. Казахстан является участником Конвенции ООН о статусе беженцев. Размещение на своей территории людей, которых Европа не может законно депортировать напрямую в их страны происхождения, автоматически передаёт Астане те же правовые обязательства, от которых Брюссель пытается уклониться.
Во-вторых, репутационные риски. Любое соглашение подобного рода немедленно помещает Казахстан в один ряд с Руандой как страну, получающую деньги за депортацию мигрантов. В долгосрочной перспективе это осложнит дипломатические отношения, в том числе с теми самыми государствами ЕС, чьи визы казахстанцы хотят получать проще.
В-третьих, внутриполитические риски. Казахстан переживает устойчивый рост гражданского национализма. Решение принять на своей территории контингент депортируемых из Европы способно стать топливом для внутриполитической напряжённости.
Есть и более широкий аспект, который стоит зафиксировать. Та же Европа, что предлагает Казахстану и Узбекистану центры для депортируемых, одновременно активно конкурирует за квалифицированных мигрантов.
Иными словами, Европа предлагает схему, при которой образованные и перспективные граждане Казахстана и Узбекистана уезжают в ЕС и остаются там, а взамен Центральная Азия получает людей, которых Европа сочла нежелательными.
Сложно поставить знак равенства между студентом из Алматы, окончившим университет в Вене и интегрировавшимся в австрийское общество, и депортируемым мигрантом в ожидании дальнейшей высылки.
По словам одного из дипломатов, концу 2026 ЕС ожидает получить «чёткий контур проекта», то есть хотя бы одну страну, готовую к реальным переговорам. Казахстан и Узбекистан упомянуты не случайно: обе республики достаточно зависимы от внешних партнёров, чтобы предложение не было отвергнуто с порога.
Однако вопрос в том, понимают ли политические элиты республик, что им предлагают не партнёрство, а аутсорсинг чужой политической проблемы с переносом правовых рисков и репутационных издержек.
Источник: Джумхурият
