Таджикистан готовится к одному из самых глубоких разведочных бурений в своей истории. В начале 2027 года в рамках проекта «Бохтар» планируется пробурить поисковую скважину глубиной до 7 тыс. метров. Работы ведутся при участии китайской CNPC, которая сегодня фактически стала главным иностранным партнером Душанбе в поисках собственных углеводородов.
Сейчас специалисты обрабатывают результаты сейсморазведки и определяют наиболее перспективную точку для бурения. Ожидается, что отчет о проведенных исследованиях будет подготовлен до конца 2026 года. При этом окончательное решение о месте и глубине скважины пока не принято.
Речь идет о поиске залежей в нефтегазоносных структурах Таджикистана. При этом подтвержденных промышленных запасов на предполагаемой глубине пока нет: наличие углеводородов и их коммерческую ценность можно будет установить только после бурения.
Проект «Бохтар» охватывает значительную часть юго-западного Таджикистана. Геологоразведка здесь имеет долгую историю. Еще в 2008 году канадская Tethys Petroleum начала изучать Бохтарскую площадь, а в 2012 году компания заявляла о значительном потенциале региона. Однако приведенные тогда оценки относились к прогнозным ресурсам, а не к доказанным извлекаемым запасам, поэтому воспринимать эти цифры как уже обнаруженные месторождения нельзя.
Интерес к проекту со временем сместился в сторону Китая. В 2013 году в соглашении о разделе продукции участвовали Tethys, Total и CNPC. Позднее Total вышла из проекта, а китайская корпорация увеличила свое участие. В своем годовом отчете за 2024 год CNPC прямо указала, что проект «Бохтар» демонстрирует перспективные результаты геологоразведки.
Новая фаза исследований стартовала в июне 2025 года, когда CNPC начала в рамках проекта сейсморазведку методом 2D. Работы проводятся в юго-западных районах страны и должны помочь определить перспективные структуры для последующего бурения.
Почему Таджикистану так нужна собственная нефть
Для Душанбе вопрос имеет не только геологическое, но и стратегическое значение. Таджикистан остается сильно зависимым от импорта нефтепродуктов. В 2025 году страна ввезла около 1,7 млн тонн топлива и смазочных материалов, причем более 1,2 млн тонн нефтепродуктов и сжиженного газа поступили из России. Российские поставки обеспечили более 70% общего импорта этих видов топлива.
На этом фоне собственная добыча могла бы стать важным фактором энергетической безопасности. Пока масштабы внутреннего производства несопоставимы с потребностями страны: в 2025 году в Таджикистане добыли около 18,5 тыс. тонн нефти, тогда как производство природного газа составило всего около 247 тыс. кубометров.
Зависимость особенно ярко проявилась летом 2026 года. На фоне перебоев с российскими поставками таджикские власти сообщали о напряженной ситуации на внутреннем топливном рынке. По данным The Times of Central Asia, 10 июля министр энергетики Далер Джума заявил, что имеющихся запасов топлива стране хватит примерно на два месяца. Душанбе одновременно начал искать дополнительные источники поставок, в том числе в других странах.
Именно поэтому новая разведка приобретает дополнительное значение: потенциальное месторождение способно дать Таджикистану не только доходы от добычи, но и альтернативу части импортируемого топлива.
Семь километров — не беспрецедентная глубина для Таджикистана
При этом предстоящая скважина не будет первой сверхглубокой попыткой добраться до углеводородов в стране.
В 2013 году «Газпром» пробурил на месторождении Сарыкамыш на юго-западе Таджикистана скважину глубиной около 6,45 тыс. метров. Проект впоследствии был прекращен как коммерчески нецелесообразный. По оценкам, на участке могли находиться значительные объемы газа и нефти, однако наличие ресурсов еще не означало возможности рентабельной промышленной добычи.
Это принципиальный момент для нынешнего проекта CNPC. Даже если бурение обнаружит углеводороды, Таджикистану и китайской компании еще предстоит ответить на главный вопрос: можно ли добывать их в коммерческих объемах и по приемлемой себестоимости.
Чем глубже залегает залежь, тем сложнее и дороже ее разработка. Поэтому результат семикилометрового бурения будет иметь значение не только как геологическое открытие, но и как ответ на вопрос об экономической целесообразности дальнейших инвестиций.
Для Таджикистана ставка достаточно высока. Страна обладает значительным гидроэнергетическим потенциалом, но гидроэлектростанции не решают проблему автомобильного и авиационного топлива. При этом транспорт остается сильно зависимым от нефтепродуктов.
Если CNPC действительно обнаружит коммерчески привлекательные запасы, это может постепенно изменить энергетический баланс Таджикистана и уменьшить его зависимость от внешних поставщиков. Однако говорить о будущей нефтегазовой независимости страны пока преждевременно: на сегодняшний день речь идет именно о разведке, а не о подтвержденном открытии нового крупного месторождения.
