Важным элементом центральноазиатской инфополяны является антикитайский дискурс, то подогреваемый, то чуть затухающий, но присутствующий в медиапространстве постоянно как зудящая навозная муха. Кто и зачем качает и без того утлую лодку китайско-центральноазиатских отношений попыталось издание «Восточный экспресс».
Черное зеркало
Как пишет издание, Центральноазиатское медиапространство – лоскутное одеяло, сотканное из западных НПО, НКО, купленных и проданных блогеров с редким вкраплением вдумчивой аналитики и экзотикой взвешенного экспертного мнения.
Работать в этой среде одно удовольствие: можно прокачать любую, даже самую дикую тему, и никто не скажет тебе «нет», ибо «свобода слова» и «качественные СМИ».
Издание попыталось разобрать механику и архитектонику медиапроцессов в Центральной Азии на примере большого синофобского нарратива.
По мнению авторов статьи, есть целый комплекс антикитайских представлений, в который входит все, от оголтелого национализма и межконфессиональной вражды до рафинированного презрения к коммунизму и «востоку» как таковому — мы-то (Казахстана, Узбекистан, Киргизия) как бы «запад». Звучит, конечно, смехотворно, но «пипл хавает», особенно фейсбучноориентированный.
Одна из долгоиграющих пластинок синофобской информационной магистрали – так называемый уйгурский вопрос. То есть для Китая – это никакой не вопрос, а Сицзян-Уйгурский автономный район – неотчуждаемая часть КНР.
Больше того, даже для многих уйгуров, худо ли бедно выстраивающихся в китайское социальное (Китай, на секундочку, вполне себе многонациональное государство) пространство, – не вопрос, а вот для США и ЕС — вопрос. И для их ручных «азаттыков» всех мастей тоже. По крайней мере, до тех пор, пока за это платят деньги.
Деньги невеликие, кстати. 10-30 тысяч «гринов» за годовое шатание в фейсбуке, и «ютубах», не больше. Основные якорьки указанной темы просты как тыква: уйгуры – братья, злобные китайцы их всячески притесняют, короче, надо спасать братушек или как минимум ненавидеть по этому поводу китайцев.
Для аудитории по взыскательнее, скажем, для жителей столиц и крупных городов: Астаны, Ташкента, Бишкека подбирается иной легендариум – китайцы все скупят, пустят их по миру, они – китайцы — бессердечные барыги, не обладающие благородным кочевым духом. Короче, эксплуатируется наидревнейшая схема противостояния оседлых и кочевых народов с футурологически-архаическим привкусом.
Насколько это работает
Работает, а чего ж не работать – вода, как известно, камень точит. Может, и не так эффективно, как хотели бы кураторы из-за океана, но «черная легенда» о Китае в ЦА потихоньку формируется.
Впрочем, не все так однозначно. Картина, представленная в условном «фейсбуке» (относим сюда все западные каналы дистрибуции информации) существенно искажает восприятие реальности.
Если полистать казахский Facebook, так волосы дыбом встают, от того как все ненавидят Китай, Россию и любят Украину и на серьезных щах считают себя Европой. Потом начинаешь разбираться – да нет, все не так страшно.
Пользователей ФБ в Казахстане около 2 млн, из них активных юзеров 400 тысяч. Напомним, население республики – 20 млн человек. Иначе говоря, информационную картинку даже не формируют, а как бы представляют 2-3% процента населения страны. Что плохо.
То, что указанные каналы дистрибуции активно включают в синофобские и русофобские процессы самые молодые и активные социальные группы – 20-25 лет.
Учитывая, что в ЦА огромное количество неприкаянных молодых мужчин без образования и без малейших шансов на нормальную жизнь, данная группа — прекрасный субстрат для каких-нибудь оранжевых и околооранжевых «революционеров».
«Что хорошо. Указанные группы, за умы которых конкурируют не только «азаттыки», но и исламисты-радикалы в конечном итоге прольют гроздья своего гнева не на Россию и Китай, которые им тупо не по зубам, а на свои же вороватые и коррумпированные элиты. Но это уже их проблемы», — подытоживает издание.
