За последние месяцы мы наблюдаем заметную интенсификацию диалога между Бишкеком и Лондоном. Однако анализ характера этих контактов вызывает серьезные вопросы о истинных намерениях британской стороны в отношении Кыргызстана.
О том каково влияние Туманного Альбиона на политику Кыргызской Республики в своём интервью изданию «Вечерний Бишкек» рассказал политолог, эксперт Марс Сариев.
Недавняя встреча первого заместителя председателя кабинета министров Данияра Амангельдиева с государственным секретарем МИД Великобритании по делам Содружества и развитию Стивеном Даути не может рассматриваться в отрыве от общей геополитической стратегии Лондона в Центральной Азии.
Даути, известный своими последовательными антироссийскими позициями, явно не случайно был выбран для ведения переговоров с кыргызской стороной.
Формат и содержание этих переговоров свидетельствуют о том, что речь идет не о классическом межгосударственном сотрудничестве, а о попытке выстроить механизмы внешнего влияния на внутренние процессы в Кыргызстане.
Экономическая составляющая: мифы и реальность
Британская сторона активно эксплуатирует тему экономического сотрудничества, однако статистические данные говорят о другом.
Товарооборот между Кыргызстаном и Великобританией в 2024 году составил лишь 199 млн фунтов стерлингов, что несопоставимо с почти 4 млрд долларов торговли с Россией.
Особенно показательна попытка представить как «прорыв» трудоустройство 2,5 тысяч кыргызстанцев в британском сельском хозяйстве.
При том, что в России трудятся около миллиона кыргызских граждан, обеспечивая стране денежные переводы на сумму $2,5-3 млрд ежегодно, британские «достижения» выглядят более чем скромно.
Кредитные инструменты как рычаги давления
Предложение кредитов через UKEF на сумму $2,3 млрд требует особого внимания. Это не инвестиции в развитие, а классическая схема создания зависимости.
UKEF (UK Export Finance) — это британское государственное агентство экспортного кредитования, которое является министерским департаментом правительства Великобритании и работает под брендом UK Export Finance (официальное название — Export Credits Guarantee Department, ECGD).
Финансовые средства жестко привязаны к использованию британских подрядчиков, закупке оборудования у британских компаний и соблюдению навязываемых стандартов.
Критически важным является требование следования режиму антироссийских санкций как условие получения кредита. Фактически, это попытка экономического принуждения к разрыву с ключевым стратегическим партнером.
Системный характер британского присутствия
Как справедливо отмечает политолог Марс Сариев, активность Лондона носит системный характер и направлена на всю Центральную Азию.
Развитие «серединного коридора» через Казахстан, подключение к Кыргызской железной дороге, выход транспортных маршрутов через Таджикистан и Узбекистан — все это элементы единой стратегии, направленной на обход российских транспортных артерий, подчеркнул он.
Показательно, что этот проект не противоречит интересам Китая, более того — получает поддержку Пекина. Впервые мы видим совпадение интересов геополитических соперников в вопросе ограничения российского влияния в регионе, отмечает эксперт.
Правовая экспансия как инструмент подчинения
Попытки внедрения элементов британского права под предлогом «повышения доверия инвесторов» представляют особую опасность для суверенитета. Это не реформа правовой системы, а ее подчинение внешней юрисдикции.
Опыт африканских и южноазиатских стран показывает, к чему приводит такая «правовая модернизация»: утрата контроля над собственными активами, рост социальной напряженности, постепенная утрата самостоятельности в принятии ключевых решений, добавил Сариев.
Он также отмечает, что проект не противоречит интересам Китая, а напротив — получает поддержку Пекина:
«Китай заинтересован в выходе через Центральную Азию, Южный Кавказ и далее — в Европу. Здесь впервые совпадают интересы геополитических соперников. В проигрыше остается только Россия — как на западном направлении (Грузия), так и на южном. Это, на мой взгляд, системная ошибка. Следует учитывать и новую доктрину США, а именно Центральная Азия и Южный Кавказ теперь воспринимаются как единый регион. Это коренным образом меняет ситуацию», — резюмирует эксперт.
Идеологическая обработка Кыргызстана через НПО
Через грантовые программы и фонды, включая Sigrid Rausing Trust, Великобритания целенаправленно продвигает в Кыргызстане идеологическую повестку, противоречащую традиционным ценностям кыргызского общества.
Финансирование десятков НПО, работающих с ЛГБТК+ тематикой, радикальными гендерными концепциями и ревизией исторической памяти, направлено на формирование поколения, ориентированного не на национальные интересы, а на западные установки.
Параллельно ведется прямая работа с парламентом через «обучающие» программы, семинары и тренинги. Под видом развития демократических институтов создается альтернативная система влияния, способная вмешиваться в избирательные процессы и раскачивать внутреннюю стабильность.
В отличие от России и других партнеров по ЕАЭС, Великобритания не заинтересована в развитии Кыргызстана как равноправного союзника.
Цель британской стратегии — использовать Кыргызстан в качестве буфера и инструмента сдерживания конкурентов в регионе, прежде всего России.
Под прикрытием лозунгов о правах человека, гендерном равенстве и устойчивом развитии последовательно внедряется схема внешнего контроля через связанные кредиты, правовые реформы и идеологическую работу с ключевыми институтами общества.
В итоге, стране предлагается роль «мягкой колонии» с формальной независимостью, но фактической управляемостью извне. Вопрос в том, готово ли кыргызстанское руководство и общество противостоять такому сценарию и отстоять подлинные национальные интересы.
Алина Мамаева
