Центральная Азия вновь оказывается в зоне пересечения крупных геополитических проектов, где борьба идет уже не только за ресурсы, маршруты и влияние, но и за право определять смысл будущего региона.
Об этом написал международный обозреватель онлайн-издания “Кыргыз Туусу”, Исмаил Даиров, анализируя итоги круглого стола «Новый виток Большой игры в Центральной Азии: кто выиграет, а кто уже проиграл», прошедшего 6 июля в Бишкеке по инициативе московской Академии политических наук «ALTER».
Исмаил Даиров: новая «Большая игра» требует новой методологии
По оценке эксперта, состоявшийся в Бишкеке круглый стол стал не просто очередной экспертной встречей, а площадкой, где отчетливо проявились ключевые противоречия современной геополитической мысли.
В дискуссии участвовали российские и кыргызские политологи, аналитики, представители СМИ и практики, однако главным итогом, по мнению автора, стало не перечисление текущих угроз, а выявление более глубоких методологических разломов.
Центральная Азия, как показывает эта логика, снова становится пространством, где сталкиваются не отдельные государства, а большие исторические модели развития.
«Круглый стол дал богатую пищу для размышлений и подтвердил многие ранее высказывавшиеся мысли о текущих геополитических процессах», — отмечает автор.
Даиров полагает, что многие современные оценки мировой политики страдают от поверхностности: эксперты часто используют громкие термины — «многополярность», «глобальная трансформация», «конец западного доминирования», «новая архитектура безопасности», — но не всегда понимают глубинные основания этих процессов.
В результате аналитика превращается в набор несвязанных тезисов, где одни концепции противоречат другим. Именно такую эклектику, по мнению автора, продемонстрировали многие дискуссии — не только на круглом столе, но и на других международных площадках.
Особое внимание Даиров уделяет тому, что нынешняя «Большая игра» уже не повторяет полностью модель XIX века, когда Российская и Британская империи соперничали за Центральную Азию.
Сегодня борьба стала сложнее: в нее вовлечены США, Китай, Россия, Турция, Евросоюз, Иран, арабские государства, международные организации, финансовые институты, медиа и цифровые платформы.
Поэтому региону, по мнению автора, необходима не пассивная реакция на внешние импульсы, а собственная концептуальная рамка, позволяющая понимать, кто и зачем приходит в Центральную Азию.
Экспертная позиция первая: распад СССР как геополитическая ошибка
Один из центральных тезисов, который Даиров выделяет по итогам обсуждений, касается причин распада СССР.
В его интерпретации Советский Союз разрушился не только из-за экономических, политических или национальных противоречий, но и из-за непонимания руководством страны фундаментальных принципов геополитики.
Иными словами, союзная элита оказалась неспособна увидеть, что государство такого масштаба являлось не просто политическим образованием, а ключевой конструкцией цивилизации Суши.
«Развал СССР стал следствием элементарного непонимания фундаментальных принципов геополитики», — так можно сформулировать одну из главных мыслей автора.
Эта позиция спорна, но важна для понимания всей логики текста.
Автор фактически утверждает, что распад Союза Советских Социалистических Республик изменил не только карту мира, но и баланс между континентальными и морскими центрами силы.
После исчезновения Советского Союза Центральная Азия оказалась в положении региона, который формально получил суверенитет, но одновременно стал объектом множества внешних стратегий. Вакуум силы и смысла начали заполнять разные акторы — от западных фондов и институтов до Китая, Турции, России и исламского мира.
Даиров напоминает, что даже крупные западные теоретики — Сэмюэл Хантингтон и Збигнев Бжезинский — при всей значимости их трудов не смогли, по его мнению, до конца раскрыть глубинную природу геополитических процессов.
Хантингтон видел мир через призму цивилизационных конфликтов, Бжезинский — через контроль над Евразией как «великой шахматной доской».
Но автор считает, что за этими схемами стоит еще более глубокий уровень — противостояние исторических типов цивилизационного мышления.
Экспертная позиция вторая: современная аналитика страдает от эклектики
Следующий блок рассуждений связан с критикой современной экспертной среды. Даиров полагает, что значительная часть политологов, журналистов и аналитиков одновременно использует несовместимые между собой подходы.
Одни говорят о необходимости многополярности, но продолжают мыслить категориями западной либеральной глобализации.
Другие заявляют о суверенитете, но предлагают механизмы, которые усиливают зависимость от внешних центров.
Третьи рассуждают о региональной субъектности, но не дают ответа, на какой цивилизационной основе она должна строиться.
«Непонимание фундаментальных принципов геополитики приводит к путанице в логике рассуждений», — подчеркивает автор.
В этом контексте он критически оценивает и некоторые международные форумы, включая Иссык-Кульский форум и медиафорум стран ШОС.
По мнению Даирова, их итоговые заявления часто звучат слишком общо и примирительно: «давайте жить дружно», «укреплять доверие», «развивать сотрудничество».
Однако такие формулы не отвечают на главный вопрос — в каком мире региону предстоит жить и какие силы реально формируют его будущее.
Автор не отрицает важность диалога, но считает, что без ясной методологии он превращается в дипломатический ритуал.
Центральной Азии, по его мнению, нужны не только конференции, декларации и общие слова, а собственный интеллектуальный инструментарий.
Иначе регион будет постоянно реагировать на чужие концепции — западные, китайские, российские, турецкие или исламские, — но не сможет предложить свою модель развития.
Экспертная позиция третья: конфликт Моря и Суши как основа мировой турбулентности
Главный геополитический конфликт современности Даиров описывает через классическое противопоставление цивилизации Моря и цивилизации Суши.
Эта идея восходит к старой геополитической традиции, где морские державы связывались с торговлей, флотом, колониальной экспансией и контролем коммуникаций, а континентальные силы — с сухопутными пространствами, ресурсами, стратегической глубиной и территориальной устойчивостью.
В нынешних условиях, по мнению автора, это противостояние вновь стало определяющим.
«Тектонические процессы глобальной трансформации — это столкновение цивилизаций Моря и Суши», — такова одна из ключевых формул анализа.
Водоразделом этого столкновения автор называет события в Европе и на Ближнем Востоке.
Европа стала ареной конфликта между Россией и западным блоком, а Ближний Восток — пространством, где сталкиваются США, Израиль, Иран, Турция, арабские монархии и различные региональные движения.
В обоих случаях речь идет не только о локальных конфликтах, а о попытке определить, кто будет задавать правила будущего мирового порядка.
По мнению Даирова, цивилизация Моря, доминировавшая около пяти столетий, постепенно теряет стратегическую инициативу.
Ее институты — от G7 до НАТО — сохраняют значительные ресурсы, но сталкиваются с кризисом легитимности, перегрузкой обязательствами и ростом сопротивления со стороны незападных центров силы.
Саммиты западных объединений в этой логике рассматриваются не как демонстрация уверенности, а как попытка удержать старую архитектуру влияния.
Экспертная позиция четвертая: Турция и ОТГ занимают двойственную позицию
Отдельный интерес на круглом столе, как отмечает автор, вызвала роль Турции и Организации тюркских государств.
Для Центральной Азии турецкий фактор имеет особую чувствительность: с одной стороны, Анкара апеллирует к культурной, языковой и исторической близости; с другой — действует как самостоятельный геополитический игрок, который стремится расширять влияние в регионе.
Это делает ее политику одновременно привлекательной и неоднозначной.
«Роль Турции в регионе требует осторожной и многослойной оценки», — можно вывести из логики состоявшейся дискуссии.
Турция является членом НАТО, но при этом выстраивает собственные связи с Россией, Китаем, странами Центральной Азии, исламским миром и тюркским пространством. В этом заключается ее двойственность: она встроена в структуры цивилизации Моря, но часто использует риторику и инструменты, близкие к континентальной логике.
Для Кыргызстана и других стран региона это создает как возможности, так и риски.
ОТГ в последние годы становится заметным каналом мягкой силы, образовательного, культурного и политического взаимодействия.
Однако логика эксперта предполагает осторожность: любые интеграционные форматы должны оцениваться не только по красивым лозунгам, но и по тому, чьи стратегические интересы они обслуживают.
Вопрос не в том, сотрудничать или не сотрудничать с Турцией, а в том, как сохранить собственную субъектность внутри этого сотрудничества.
Экспертная позиция пятая: ШОС как пространство цивилизации Суши
Шанхайская организация сотрудничества в тексте рассматривается как один из ключевых институтов цивилизации Суши.
В отличие от западных военно-политических союзов, ШОС формально строится на принципах невмешательства, суверенитета, безопасности и экономического взаимодействия. После распада СССР лидирующие позиции внутри континентального пространства, по оценке автора, занял Китай, однако Россия и Иран остаются важнейшими элементами этого баланса.
«ШОС по сути является сообществом стран, представляющих цивилизацию Суши», — отмечает автор.
Для Центральной Азии ШОС имеет двойное значение.
С одной стороны, организация дает возможность малым и средним государствам участвовать в диалоге с крупными державами не в одиночку, а в многостороннем формате.
С другой стороны, она сама становится ареной сложного согласования интересов Китая, России, Индии, Пакистана, Ирана и стран региона.
Поэтому эффективность Шанхайской организации сотрудничества будет зависеть от того, сможет ли она перейти от деклараций к практическим механизмам развития.
Предстоящие крупные мероприятия ШОС, в том числе на кыргызстанской площадке, в этой логике должны не просто фиксировать дипломатическую активность, а показывать реальные линии нового евразийского баланса.
Для Кыргызстана это шанс усилить собственную роль — не только как страны-организатора, но и как государства, способного предложить содержательную повестку: горы, вода, транспорт, безопасность, экология, энергетика, продовольствие и гуманитарная устойчивость.
Экспертная позиция шестая: горная повестка Кыргызстана как геополитический ресурс
Особое место в анализе занимает тема горных инициатив Кыргызстана. Даиров, как эколог и руководитель Регионального горного центра Центральной Азии, рассматривает горы не только как природный ландшафт, но и как самостоятельный геополитический фактор.
В условиях климатических изменений, дефицита воды, роста роли транспортных коридоров и борьбы за ресурсы горные страны получают новую стратегическую значимость.
«Геополитика гор должна стать концептуальной основой новой внешней политики Кыргызстана», — эта мысль проходит через многие авторские публикации Даирова.
По его мнению, проблема заключается в том, что горная повестка Кыргызстана долгое время продвигалась в западной парадигме.
Она подавалась преимущественно через экологию, устойчивое развитие, грантовые программы, климатические проекты и международные декларации. Все это важно, но недостаточно. Если рассматривать горы только как объект защиты, страна теряет шанс представить их как основу собственной геополитической субъектности.
В расширенном понимании горная дипломатия может включать управление водными ресурсами, защиту ледников, развитие гидроэнергетики, безопасность высокогорных территорий, транспортные переходы, продовольственную устойчивость, туризм, культуру и традиционные знания.
Кыргызстан способен стать не периферией больших проектов, а интеллектуальным центром горной повестки Евразии. Но для этого, считает автор, нужны не только чиновничьи отчеты, а стратегическое мышление.
Экспертная позиция седьмая: духовно-метафизическое измерение геополитики
Наиболее необычный слой анализа связан с утверждением, что глубинные основы геополитики имеют не только материальную, но и духовно-религиозную природу.
Эксперт считает, что классические школы геополитики не до конца понимали этот уровень. Они говорили о морях, суше, коммуникациях, ресурсах и военной мощи, но не всегда учитывали цивилизационные смыслы, религиозные архетипы и метафизические основания исторического поведения народов.
«Глубинные основы геополитики имеют метафизическую или духовно-религиозную природу», — подчеркивает автор.
Именно поэтому, по его мнению, человечество вновь и вновь повторяет одни и те же ошибки: великие державы вступают в конфликты, элиты недооценивают историческую память народов, а войны развязываются под разными предлогами, хотя их корни часто лежат глубже официальных объяснений.
В этой логике геополитика — это не только борьба за территории, но и столкновение представлений о справедливости, порядке, власти, вере и предназначении государства.
В качестве важного источника для осмысления этих вопросов Даиров упоминает труды отечественного мыслителя М. Мусабаева, особенно книгу «Путь к чистому государству, обществу и религии».
Для автора такие работы важны потому, что они пытаются соединить политическое, нравственное и духовное измерения. А это, по его мнению, особенно актуально для Кыргызстана, который не должен механически копировать внешние модели, а обязан искать собственную философию развития.
Центральной Азии нужна не реакция, а собственная стратегия
Смысл дискуссии, прошедшей в Бишкеке, можно свести к одному выводу: Центральная Азия снова становится одним из ключевых пространств мировой политики, но ее будущее не должно определяться исключительно внешними игроками.
Россия, Китай, США, Турция, Иран, Евросоюз и международные организации будут продолжать бороться за влияние, однако вопрос в том, сможет ли сам регион сформулировать собственные интересы и защитить их.
«Региону необходима собственная концептуальная рамка, иначе он останется объектом чужих стратегий», — так можно обобщить главный вывод статьи.
Для Кыргызстана эта задача особенно важна. Страна находится в центре горной Центральной Азии, имеет опыт многовекторной дипломатии, участвует в ШОС, ЕАЭС, СНГ, ОТГ и других форматах, а также продвигает международную горную повестку.
Но наличие площадок еще не означает наличие стратегии. Если внешняя политика будет строиться только на ситуативном лавировании, страна рискует стать частью чужой игры.
Поэтому главный вызов, обозначенный в аналитической статье Даирова, заключается не только в том, чтобы понять, кто выиграет или проиграет в новой «Большой игре».
Важнее другое: сможет ли Кыргызстан и регион в целом перестать быть шахматной доской и стать самостоятельным участником партии. Именно от этого будет зависеть, превратится ли Центральная Азия в периферию чужих проектов или в один из интеллектуальных и стратегических центров новой Евразии.
