В конце февраля в Дохе состоялась первая купная встреча по Афганистану под эгидой генсека ООН Антониу Гутерриша с участием стран ЦА, России, Китая, Ирана, Индии, Японии, США, Франции, Германии и ЕС. Планировалось, что в ней примут участие талибы и афганская оппозиция, но они отказались в ней участвовать.
Стоит отметить, что этому заседанию предшествовал раунд переговоров спецпредставителей ЕС со своими коллегами из стран Центральной Азии, который прошел в Бишкеке. Помимо этого, столица КР собрала за одним столом глав Совбезов/советников стран региона по этому вопросу.
Отметим, что ранее, мы уже публиковали материал в преддверии переговоров в Катаре и о возможных истинных целях ее проведения.
В прессе по итогам Доха 2.0 мало, что известно. Так чем она завершилась, стала удачной или провальной, мы постарались разобраться в этом вопросе.
Главной целью встречи, было заявлено возможность договориться о том, как дальше взаимодействовать с талибами, контролирующими Афганистан, но так и не признанными международным сообществом.
Официальный представитель МИД России Мария Захарова назвала встречу специальных представителей по Афганистану, организованную ООН в Дохе, «провальной».
«Не было принято никакого решения по ранее объявленным планам ООН по учреждению специального посланника организации», — отметила дипломат. Предполагается, что инициатива прошедшей встречи исходила от США.
Однако спецпредставитель США по Афганистану Томас Уэст назвал ее конструктивной.
По его словам, в ходе встречи обсуждались основные потребности афганского народа, важность соблюдения прав человека и необходимость дальнейшего взаимодействия с афганцами.
«Существует консенсус относительно коллективных интересов в Афганистане. Ни одно государство не заинтересовано в усилении угроз терроризма. Все хотят, чтобы женщины и девочки вернулись в школы, университеты, на работу и в общественную жизнь», — сказал Уэст.
Последние переговоры в Дохе по Афганистану это всего лишь начало новой стратегии США, которые должны будут позволить Вашингтону более активно участвовать в афганских процессах, считает кыргызский политолог Эдил Осмонбетов.
По его словам, за два с половиной года ренессанс талибов не состоялся. Они, может быть, умеют воевать, но экономика – это другое, тем более что у них нет средств на какие-то крупные проекты. Поэтому большой вопрос, где они взяли деньги ($600 млн) на строительство канала Кош -Тепа, который прокладывается с опережением на 8-9 месяцев.
Так же эксперт отмечает, что у талибов есть большие проблемы с обеспечением безопасности и полному контролю страны.
«По некоторым данным, на территории Афганистана присутствует уже более 20 террористических организаций общей численностью в 23 тысячи боевиков. И это для них самих большая угроза. Тем более на фоне социально-экономических проблем, усугубляющихся с каждым днем», — отмечает политолог.
Эту информацию подтвердили и главы Совбезов/советников на встрече в Бишкеке. Тем более по мнению некоторых экспертов в Центральной Азии растет популярность радикального исламизма.
При этом по словам эксперта, афганская проблематика после прихода в 2021 году к власти талибов ушла из глобальной повестки безопасности даже не на второй план, а на третий или четвертый.
«Сейчас глобальные игроки (державы) заняты событиями в Секторе Газа и войной в Украине. Афганистан носит региональных характер.
Поэтому и сократилась международная помощь этой стране, что должно вынуждать талибов быть расположенными к переговорам», — добавил политолог. Афганистан стал региональной проблемой.
Ташкент в авангарде
То, что спецпредставители стран по Афганистану собираются в странах ЦА (в Ташкенте 2022 год), последний раз такое заседание состоялось в Бишкеке является важными шагами к решению проблемы.
Каждый спецпредставитель имеет свой взгляд и это тоже порой мешает достичь единого подхода найти выход из ситуации. Раз нет общего взгляда, плана и соответственно у них разные подходы и инструменты для решения проблемы.
По мнению Осмонбетова, из стран Центральной Азии больше всего внимания к афганской проблематике уделяется со стороны Узбекистана.
Неслучайно именно в Ташкенте постоянно проводятся Международные конференции по безопасности, связанные с ситуацией в Афганистане с участием действующего правительства талибов.
«Узбекистан прилагает сегодня большие усилия в разрешении экономических и транспортно-логистических вопросов с Афганистаном. Речь идет о автомобильных, железнодорожных трансграничных коридорах и других топливно-энергетических проектах.
Ташкент пытается держать афганскую повестку постоянно на пульсе так как без решения Афганистана невозможно говорить о безопасности в Центральной Азии», — подчеркивает эксперт. Узбекистан пытается вернуть Афганистан в глобальную повестку безопасности.
Ушли, чтобы остаться?
Уход США из Афганистана не совсем поражение как хотели некоторые выставить для общественности, а лишь возможность получить более удобную позицию для маневров, считает Осмонбетов. О чем речь?
«Все то, что мир наблюдал в 2021 году в кабульском аэропорту лишь было выполнение Дохийских соглашений между Талибаном и США. Некоторые эксперты назвали это позорным бегством американцев.
Однако если внимательно посмотреть, то там практически не погиб ни один американский солдат. Это был достаточно организованный уход, конечно с некими форсмажорами, но все-таки успешный.
Американцы выполнили все свои задачи в Афганистане: уничтожение «Аль-Каиды» или существенное сокращение их баз и устранение Усамы бен Ладена», — подчеркивает политолог.
По итогам ухода США из Афганистана американцы получают ряд преимуществ:
- — Решен внутриамериканский спор целесообразности нахождения американских войск. То есть, Байден снял с повестки вопрос затраченных двух триллионов бюджетных денег на развитие и восстановление в Афганистане и последующие гибель американских солдат
- — В случае ухудшения ситуации как в самой стране, так и в последующем в регионе Вашингтон оставляет себе возможность заявить следующее: «Пока там была международная коалиция во главе с США все было под контролем и более безопасно». Что подчеркивает ее значимость как некого миротворца. Через Афганистан ЦА вошла в глобальную геополитическую повестку. Внимание к ЦА резко возросла, геополитическая конкуренция за регион усилилось.
- — С другой стороны оставляет возможность маневра в другую сторону, «развязывают себе руки»: «США теперь полностью снимают с себя ответственность за то, что теперь там происходит и будет творится. Все же хотели, чтобы мы ушли, мы сделали то, чего вы все хотели. Попробуйте теперь проблемы решить без нас».
Время играет против Талибана
«Дохийские соглашения исторически можно считать успешными, но появилась проблема в виде непризнания нового правительства Афганистана – талибов, которых во многих странах считают террористическим движением.
И чтобы решить эту проблему на международном уровне ряд стран выдвинули перечень условий, при выполнениях которых Талибан обретут всеобщее признание. Легитимизация для них является ключевой проблемой, которая не дает им обрести всю полноту власти», — отмечает Осмонбетов.
По его мнению, без этого признания Афганистан не сможет быть легитимно представлен на международной арене, а также получать помощь от стран, международных доноров и финансовых институтов.
«Время играет против Талибана. Им нужно устранять проблемы здесь и сейчас. Без решения социально-экономических вопросов сложно говорить о порядке и безопасности», — считает эксперт.
При этом он называет два выхода для талибов из сложившейся ситуации:
Первое — всеобщее признание (но там есть много условий, которые неприемлемы для них). Он мало вероятен.
Второе — создание для себя рычагов, инструментов давления на соседей. В политике есть такое понятие как «геополитический драйвер».
К последнему варианту можно отнести «водные ключи» (строительство канала «Кош-Тепа» лишение соседей жизненно-необходимых объемов воды на Амударье). А также это и события на границе с Ираном (уровень воды в реке Гельменд) и Пакистан.
Стоит отметить, что талибы имеют право на свою долю водных ресурсов ЦА для развития своей экономики так как они не обременены (не заключали) международными соглашениями с соседями.
То есть, талибы создают для себя лучшую позицию (преимущество) для последующих переговоров с соседями в различных вопросах.
Второй «ключ» — это безопасность (террористические ячейки, члены которых в большинстве выходцы из Ферганской долины).
Для обеспечения безопасности странам Центральной Азии необходимо совместно принимать превентивные меры в рамках различных организаций таких как: ООН, ОДКБ, ШОС и СНГ. При этом ее обеспечение невозможно без участия глобальных игроков.
Сигналы к легитимизации талибов
В плане процесса легитимизации правительства талибов имеются небольшие подвижки среди стран региона. По крайней мере сигналы к этому.
Так, например, Китай аккредитовал посла талибского правительства, но позже заявил, что это не означает официальное признание.
Казахстан недавно вывел движение «Талибан» и своего террористического списка. Поступят ли также остальные соседние страны вопрос, в этом плане Иран пока не торопится этого делать. Раньше всех Талибы представили своего посла в Ашхабаде еще в 2022 году.
По мнению Осмонбетова, страны Центральной Азии в вопросе окончательного официального признания талибов будут руководствоваться решением Совета безопасности ООН потому, что все страны региона являются членами Организации объединенных наций.
«Что касается решения Казахстана, то там ситуация двоякая: принято с оговоркой на решение ООН, где преследуется экономический интерес. Афганистан хороший рынок сбыта в первую очередь топлива и зерна. Исключив талибов из списка, они открывают для себя «двери» на афганский рынок, устраняя барьер – некий жест лояльности», — добавил кыргызский политолог.
США готовит новое соглашение для Талибана?
Вашингтону следует отменить Дохинское соглашение и искать новые пути «условного взаимодействия» с талибами, заявила Лиза Кертис, бывший старший директор по Южной и Центральной Азии в Совете нацбезопасности Белого дома, в годовщину подписания документа (29 февраля 2020 года).
По ее мнению, Дохинское соглашение – «очень слабое» и «в значительной степени благоприятствует Талибану».
Она перечислила пункты в чем проявляется слабость соглашения для интересов Вашингтона:
- Оно не обеспечило интересы безопасности США в Афганистане и регионе, а террористические угрозы в республике усилились.
- Афганский филиал ИГИЛ представляет глобальную угрозу, а Талибан укрепляется в Пакистане.
- Международное сообщество предпринимает недостаточные действия, чтобы привлечь талибов к ответственности за их поведение.
Вероятно, «пересмотр отношений» с талибами будет сопровождаться финансовым давлением. Сейчас в американских банках заморожены $7 млрд Афганистана. Для их разблокировки Вашингтон может выставить талибам определенные условия.
Данное заявление Кертис отчасти подтверждает провальность встречи в Дохе 2.0. Немаловажный факт, который также говорит, что переговоры в Катаре не увенчались успехом – отсутствие на нем представителей Талибана, а также той же оппозиции. Сложно вести переговоры без тех, кто де-факто являются фактической властью в стране и является ключевой силой в Афганистане.
Материал подготовил Азиз Пиримкулов
