Поездка командующего армией Пакистана фельдмаршала Асима Мунира в Тегеран вновь вывела Исламабад на первый план посреднических усилий между Ираном и США.
Визит состоялся в момент, когда Вашингтон расширяет экономическое давление на Исламскую Республику, а стороны после срыва июньских договоренностей так и не смогли вернуться к устойчивому переговорному процессу.
Бывший посол Ирана в Азербайджане Мохсен Пакайин считает саму инициативу Пакистана полезной, но предлагает изменить направление посреднических усилий.
В своём интервью дипломат заявил, что Тегеран в принципе не отвергает переговоров, тогда как главной проблемой считает сохранение американской политики экономического и политического давления.
Поэтому, по его мнению, Исламабаду и другим посредникам следует прежде всего убеждать Вашингтон отказаться от дальнейшей эскалации.
Пакистан пытается восстановить доверие США и Ирана
Миссия Мунира действительно выходит далеко за рамки обычного двустороннего визита. Перед поездкой в Иран он разговаривал с президентом США Дональдом Трампом.
По данным «Reuters», американский лидер хотел, чтобы Пакистан использовал свое влияние для возвращения Тегерана к переговорам.
Исламабад уже выполнял подобную функцию весной и летом и участвовал в подготовке июньского временного соглашения между Ираном и США, которое впоследствии фактически развалилось.
Переговоры в Тегеране дали по крайней мере первый дипломатический результат. Пакистанский министр внутренних дел Мохсин Накви, сопровождавший Мунира, 25 августа сообщил о «значительном прогрессе».
Среди обсуждавшихся вопросов были прекращение дальнейшей эскалации, скорейшее завершение конфликта и восстановление полноценного судоходства через Ормузский пролив.
При этом ни Тегеран, ни Вашингтон пока не объявляли о возвращении к прямым переговорам.
Санкции становятся главным препятствием
Проблема заключается в том, что дипломатическая активность Пакистана совпала с новым этапом американского санкционного давления. Минфин США 24 августа ввел ограничения против 60 физических лиц, компаний и судов, связанных с Ираном.
Вашингтон одновременно предупредил иностранные государства и компании о возможных последствиях продолжения финансовых операций с Тегераном, хотя наиболее жесткие меры против банков третьих стран пока применять не стал.
Именно эту двойственность Пакайин считает слабым местом нынешнего посредничества. С точки зрения Тегерана, предложение вернуться к переговорам плохо сочетается с одновременным расширением санкций и угрозами государствам, которые продолжают сотрудничать с Ираном.
Экс-дипломат также обращает внимание на дефицит доверия после срыва предыдущих договоренностей. Этот тезис совпадает с оценками пакистанской стороны: один из источников «Reuters» прямо назвал взаимное недоверие США и Ирана главной проблемой, которую Мунир пытается уменьшить.
При этом эксперт предостерегает и сам Тегеран от недооценки экономической угрозы.
По его мнению, новые механизмы американского давления требуют от правительства не только политических заявлений, но и заранее подготовленных мер по защите торговли, финансовой системы и уровня жизни населения. Санкционная устойчивость в такой ситуации превращается для Ирана в часть национальной безопасности.
В результате посредническая роль Пакистана становится заметно сложнее.
Исламабаду необходимо одновременно убедить Исламскую Республику Иран сохранить переговорный канал и добиться от Вашингтона условий, при которых дипломатия не будет сопровождаться постоянным наращиванием давления.
Пока же между сторонами сохраняется принципиальное противоречие: Соединённые Штаты рассчитывают использовать экономические ограничения как инструмент для возвращения Тегерана за стол переговоров, тогда как Исламская Республика требует сначала изменить саму логику давления.
Именно от того, удастся ли посредникам сократить этот разрыв, теперь зависит перспектива нового соглашения.
