Кыргызстан сделал шаг, который может изменить не только внутреннюю финансовую систему, но и стратегическое место страны на карте глобальной цифровой экономики. Парламент республики сегодня, 10 сентября единогласно поддержал законопроект, вводящий понятия «государственный майнинг» и «государственный криптовалютный резерв».
Иными словами, государство впервые официально заявило о намерении выйти на рынок цифровых активов как самостоятельный игрок.
Документ предусматривает создание правовых условий для выпуска стейблкоинов и токенов, обеспеченных реальными активами, защиту инвесторов от мошенничества, а также запуск «регулятивной песочницы» — пространства для безопасного тестирования инноваций.
По словам министра экономики и коммерции Бакыта Сыдыкова, инициатива направлена на повышение прозрачности и стабильности рынка, а также на формирование новых возможностей для экономики Кыргызстана.
Однако за красивыми формулировками и политическими заявлениями кроется главный вопрос: станет ли Кыргызстан пионером в регионе, который сможет встроить криптовалюты в государственную систему, или же эта инициатива рискует остаться на уровне деклараций?
Именно об этом мы попытались по рассуждать с экономистом, директор Центра стратегических решений «Аппликата» Кубатбеком Рахимовым, отмечая ключевые возможности и риски, которые несет новый закон.
По мнению эксперта майнинг часто пугает обывателей своей энергозатратностью, хотя на деле он сопоставим с работой дата-центров, без которых невозможно развитие облачных технологий и искусственного интеллекта. Современные вычислительные мощности требуют огромных объемов электроэнергии, и именно это становится вызовом и одновременно возможностью для Кыргызстана.
По словам Рахимова, опыт мировых держав показывает, что для таких центров создаются специальные условия. Недавно Билл Гейтс даже обсуждал в Южной Корее использование малых атомных станций для обеспечения работы дата-центров и проектов по развитию ИИ.
«Подобные технологии есть у России, Китая, США и Франции. Для Кыргызстана же это напрямую связано с переговорами о строительстве собственной атомной станции: нужны гарантированные потребители энергии, и майнинг вместе с дата-центрами под ИИ могут стать «якорными» направлениями», — отмечает эксперт.
Экономист напоминает: уже после 2032 года страна рассчитывает стать энергопрофицитной благодаря новым ГЭС и ТЭС. Но избыток энергии нужно будет использовать рационально. «Если у нас появится реальный профицит, государство должно заранее занять свою нишу в сфере майнинга и дата-центров», — подчеркивает Рахимов.
Он приводит примеры Бутана, который майнил биткойн на энергии ГЭС и целенаправленно тратил заработанное на этом на прямую поддержку молодых госслужащих, и Сальвадора, который сумел использовать криптовалюту для фактического прироста золотовалютных резервов и признал биткойн официальным средством платежа.
Кыргызстан, имеющий опыт управления золотыми запасами, мог бы применить схожий подход с «цифровым золотом» — биткоином. Это дало бы стране новый инструмент инвестиций и диверсификации экономики.
Важным условием, по мнению эксперта, станет прозрачность: государственная программа должна работать через отдельную структуру под контролем финансового и энергетического ведомств, чтобы избежать коррупции.
Тогда Кыргызстан сможет не только привлекать крупных игроков через коммерческие тарифы и PPA-контракты, но и со временем создать собственную государственную компанию в сфере майнинга.
«Нужно избавиться от фобий и мыслить стратегически. Сегодня кажется, что майнинг отбирает у нас энергию. Но завтра, когда мы станем страной с энергетическим профицитом, именно он поможет превратить этот ресурс в реальные активы и укрепить нашу финансовую независимость», — резюмирует Рахимов.
