Согласно выводам ряда авторитетных аналитических центров, США в настоящее время не готовы к полномасштабной военной кампании против Ирана.
Технократическое ядро администрации в Белом доме понимает последствия новой войны и, несмотря на союзнические обязательства перед Израилем, не стремится втягиваться в открытый конфликт.
Об этом свой материал на сайте информационного агентства «AKИpress» опубликовал доктор политологии и исламских исследований Мадридского университета Кадыр Маликов.
Прокси-формат как альтернатива прямой конфронтации
Как отмечает доктор политологии, если противостояние и будет развиваться, то, скорее всего, оно примет гибридную форму: через прокси-группы, информационные операции, диверсии. Такие формы конфликта характерны своей волнообразностью и затяжным, изматывающим эффектом.
Удары по иранским ядерным объектам маловероятны. Причина — предсказуемая ответная реакция Тегерана.
Иран располагает ракетами, способными нанести удары по всем базам США в регионе.
Дополнительный фактор сдерживания — позиции стран Персидского залива, которые не поддержат использование своей территории для атак, опасаясь дестабилизации и экономических последствий, подчеркнул эксперт.
Ормузский пролив — энергетическая артерия планеты
Перекрытие Ормузского пролива в случае войны с Ираном приведет к глобальному энергетическому шоку. Через этот стратегический маршрут проходит около 20% мировой нефти.
Даже угрозы дестабилизации провоцируют ценовые скачки и инфляционные волны.
Конфронтация останется, но изменит форму
Маликов указал, что в перспективе нельзя исключать усиление санкционного давления, а также рост активности диверсионных и террористических групп, нацеленных на дестабилизацию Исламской Республики изнутри.
Возможен сценарий попытки смены политического режима через управляемые кризисы.
Почему США и Израиль не начнут открытую войну против Ирана
По мнению автора статьи, несмотря на резкие заявления Дональда Трампа и Биньямина Нетаньяху, прямой военный конфликт между США, Израилем и Ираном крайне маловероятен.
Вашингтон просто не может позволить себе новую войну с учётом внутренних кризисов и провалов предыдущих кампаний в Западной Азии.
Иран уже не тот, каким был 20 лет назад. Он развил сеть прокси-групп, он обладает современным ракетным арсеналом и устойчивой мобилизационной системой.
Его армия идеологически мотивирована, а стратегия строится на десятилетия вперёд.
Сухопутная война: невозможная миссия
Наземная операция против Ирана невозможна без тотальной перестройки логистики и вовлечения третьих стран.
Иран — не Сирия и не Ирак. Это государство с серьёзным военным, демографическим и геополитическим потенциалом.
В то же время Исламская Республика Иран — это символ сопротивления в исламском мире.
После заявлений о поддержке палестинского сопротивления, Тегеран окончательно оформился как фронтмен в исламском мире.
События последних месяцев — удары по консульству в Дамаске, гибель командиров КСИР, ракетные обстрелы — подтверждают высокий уровень вовлечённости страны в региональную конфронтацию.
Соединённые Штаты Америки и Израиль — ограниченные союзники
Даже с условной поддержкой со стороны США, Израиль сталкивается с ограничениями. Внутриполитические проблемы Трампа, пассивность НАТО и нейтралитет арабских стран создают стратегическую нестабильность в альянсе.
Главное изменение — это смена психологического климата: Тегеран больше не боится конфликта. Наоборот, он готов к затяжной гибридной войне, в которой военный сценарий будет лишь одним из элементов, подытожил эксперт.
