Если в Ираке и Сирии с помощью Ирана, России и Турции ИГИЛ потеряли силу, то позже они стали усиливаться в Афганистане, особенно сейчас, когда «у руля» страны стоит движение, признанное во многих странах как террористическое.
Однако некоторые эксперты считают, что ИГИЛ (ДАИШ) не представляет серьезной угрозы, ведь талибы обещали с ними бороться.
Представляют ли террористические группы в Афганистане серьезную угрозы для стран ЦА и какие сценарии развития событий возможны? «Eurasia Today» ответ на эти вопросы постаралась найти эксперт по противодействию терроризму и экстремизму Юлия Денисенко.
Террористическая группировка ИГИЛ и другие экстремисты представляют для Центральной Азии существенную угрозу не только в качестве «вилаята Хоросан», но и в качестве местных ячеек, которые тоже достаточно в странах региона.
Последние могут совершать террористические акты, а пандемия показала, что и в одиночку тоже они представляют немалую угрозу. Сегодня все доступно онлайн. Вы не поверите, насколько легко можно связаться с людьми, которые дадут все инструкции.
Сегодня граждан СНГ, куда входят и страны Центральной Азии, вербовщики ИГИЛ (запрещенная международная террористическая организация) направляют исключительно в Афганистан, хотя их база, именуемая «исламским государством», находится в Африке.
Если мы посмотрим на карту, то с Афганистаном граничит Ферганская долина, в которой расположены Узбекистан, Таджикистан и немного Кыргызстан. Из открытых источников прослеживается интересная картина.
Именно из нее к ИГИЛ и другим террористическим группам присоединилось наибольшее количество граждан перечисленных государств. Смею предположить, что сторонников экстремистских идеологий там остается в разы больше.
Талибан фактор сдерживания ИГИЛ?
Что касается Талибана, как сдерживающий фактор всем остальным группировкам, то они начали бороться с оппонентами после того, как им заморозили счета, а до этого все было достаточно вольготно.
Прямых угроз из Афганистана действительно сейчас не исходит. Нужно учитывать, что Талибан — националистическое движение, которое не собирается выходить из своих границ, а пытается больше укрепится внутри страны.
Однако если включить логику и предположить гипотетически, что в будущем, как говорят некоторые эксперты, талибы будут бороться с террористами и начнут их вытеснять из Афганистана.
Опять же, гипотетически, группировка ИГИЛ, которая по разным данным насчитывает от 6 до 10 тысяч боевиков, может направится к границам ЦА, в Ферганскую долину. А там их должны будут радужно встречать те, кого они поддерживают (спящие ячейки). Есть и другие сценарии.
Например, объединения ИГИЛ с уйгурскими сепаратистскими движениями Китая.
Все зависит от приказов «кукловодов», которым может быть выгоден тот или иной вариант развития событий.
— Руками террористов, уничтожаются культурные и исторические ценности и даже разрушается государственность некоторых стран. Тому примерами могут быть Ирак, Сирия, Ливия и Афганистан. А также речь идет не только материальных ценностях, но и о духовных. Почему так происходит и как быть с этим?
— Все культурные ценности, которые были разрушены террористами в упомянутых странах, на мой взгляд, были уничтожены потому, что их не смогли вывезти. Все, что можно сдвинуть с места, продали за рубеж в частные коллекции.
Что касается духовных ценностей, то на протяжении тридцати лет на пространстве ЦА планомерно формируют новую культурную идентичность. Так весь процесс в социальной психологии занимает около 70-80 лет.
Однако уже сейчас, большинство жителей Центральной Азии, сами того не подозревая, поддерживают риторику террористов, потому что вкладывают в исламские термины именно их понимание.
Например, термин «шахид» употребляют в отношении террористов-смертников, «джихад» ассоциируется у большинства исключительно с военными действиями. Ранее я говорила, что большинство экстремистов и террористов преследуют политические цели, прикрываясь религией как ширмой.
Мало кто знает, что эти слова-термины никакого отношения к навязываемым представлениям не имеют и несут другой смысл ПЕРВОЕ – это те, кто погиб без вины и пожертвовал собой, защищая свою родину, дом, семью, борясь с несправедливостью во имя веры.
ВТОРОЕ – больше о борьбе с самим собой и со своими желаниями и искушениям (вот истинная «война» правоверного мусульманина).
Таких примеров сотни, как внутри уммы соблюдающих мусульман, так и среди светских граждан. Если вы контролируете язык человека – вы контролируете его мысли и действия.
Процесс создания новой культурной идентичности нужен для создания базы для дальнейшего расширения военного присутствия для заинтересованных сторон. Это один пример применения так называемой «мягкой силы». И я вынуждена констатировать, что мы ничего не можем с этим сделать сейчас.
Прочитать первую часть интервью можно здесь: «Как люди оказываются в террористических ячейках и сектах и почему от радикала до террориста один шаг»
Материал подготовил Азиз Пиримкулов
