Заместитель министра иностранных дел России Александр Грушко заявил на Восточном экономическом форуме во Владивостоке, что страны НАТО, по оценке Москвы, последовательно создают условия для возможного военного столкновения с Россией.
Дипломат подчеркнул, что речь идет уже не только о политической риторике, а о совокупности конкретных решений — военных программах, характере учений и усилении логистики на восточном фланге альянса.
Грушко обратил внимание на то, что Россия в стратегических документах НАТО и Евросоюза все чаще определяется как долгосрочная угроза. В Москве считают, что подобная формулировка используется как основание для дальнейшего наращивания военных расходов, инфраструктуры и присутствия союзников вблизи российских границ.
При этом сам Грушко отдельно подчеркнул, что у России, по его словам, нет ни причин, ни планов нападать на государства альянса.
Особую тревогу российская сторона связывает с Балтийским регионом.
По словам замглавы МИД, Балтийское море за несколько лет превратилось из относительно спокойного пространства в район интенсивного военного соперничества, где возрастает вероятность случайного или намеренного инцидента с последующей эскалацией. Москва аналогичным образом оценивает и активизацию НАТО в Арктике.
На Западе оценки выглядят иначе. Представители альянса заявляют, что NATO не видит признаков неминуемого нападения России на страну-члена, однако продолжает усиливать оборону из-за войны на Украине и роста числа гибридных угроз в Европе.
Одновременно в европейских столицах обсуждают сценарии возможного ухудшения ситуации к концу десятилетия, что и становится одним из аргументов в пользу увеличения военных расходов и укрепления восточного фланга.
Дополнительную напряженность создают обвинения в диверсиях и кибератаках. Германия, в частности, готовится возложить на Россию ответственность за попытку атаки беспилотника на аэропорт Лейпциг/Галле, который используется в том числе как важный грузовой и логистический узел. Москва подобные обвинения традиционно отвергает и считает их частью политики давления.
Заявления Грушко отражают более широкий кризис безопасности между Россией и Североатлантический альянс. Москва видит в военном усилении альянса подготовку инфраструктуры к потенциальному конфликту, тогда как НАТО объясняет те же шаги необходимостью сдерживания России.
Именно эта взаимная интерпретация действий другой стороны как угрозы и создает главный риск: даже при отсутствии решения о прямой войне вероятность опасного инцидента или ошибочной оценки намерений продолжает расти.
