Политический обозреватель, эксперт «Стан-Центра» Владислав Гулевич высказался о латинице для среднеазиатских республик как продолжении войны другими средствами.
По его словам, тема перехода казахского и кыргызского языка на латинский алфавит периодически всплывает в информационно-политическом пространстве республик. Подобные инициативы являются, безусловно, политической мерой. Иных обоснований подобного шага быть не может.
Доводы в пользу латиницы, как то неприспособленность кириллицы к передаче звуков местных языков, проникновение в эти языки русизмов через кириллицу и акцент на то, что, пользуясь латиницей, народы Средней Азии (Центральная Азия) выйдут на более широкий мировой простор, звучат совершенно нелогично.
Во-первых, за многие десятилетия существования кириллицы не припомнится, чтобы прошлые поколения казахов, узбеков, туркмен, киргизов жаловались на неудобства кириллицы. Их национальная литература прекрасно обходилась без латинского алфавита, не считая себя ущербной.
Во-вторых, не очень корректно звучат обвинения в адрес русского языка в наступлении на национальные языки. Сам факт проникновения русизмов имеет место, как и факт засорения русского языка англицизмами, например.
Это объяснимый, хотя и нежелательный процесс. Для среднеазиатских республик дело защиты чистоты языка вполне похвально, но оно не решается отречением от кириллицы в пользу латиницы.
Внедрение латиницы не избавит от заимствований. Только приходить они будут не из русского языка, а из латинизированных языков, например, турецкого. И что потом? Опять переходить на кириллицу, чтобы не позволить турецким или иным заимствованиям уничтожить местные языки?
В-третьих, переход на латиницу отрежет от языка старшие поколения, привыкшие к кириллице, и тех, кто проживает в России. Вряд ли многочисленные граждане России казахского, киргизского происхождения перейдут на латиницу. Им это не нужно.
Разве шаги, направленные на отрыв от национальных языков такого количества соплеменников, можно назвать выходом на мировой простор? Скорее, наоборот.
Жизненный опыт показывает, что сторонники латиницы не в состоянии опровергнуть данные доводы и лишь требуют не вмешиваться в обсуждение темы, мотивируя тем, что народы Средней Азии сами будут решать, каким алфавитом пользоваться. Да вот только часто в этом вопросе решает не народ, а узкая политическая прослойка, ведомая личными, а не народными интересами.
Споры о переходе на латиницу периодически сотрясают Украину. После госпереворота 2014 г. тема снова всплыла, но пока затерялась в ворохе текущих проблем украинского государства.
На самом деле впервые перевести украинцев на латинскую графику задумали поляки и пропольски настроенные представители интеллигенции. В XIX в. униатский священник Иосиф Лозинский придумал абецадло (по-польски «алфавит») для малороссов.
Знаменитый галицкий писатель и фольклорист Маркиан Шашкевич раскритиковал идею Лозинского в статье «Азбука и abecadlo». В ней он указал на то, что сторонники введения абецадла руководствуются вовсе не литературными соображениями, а будущий латинизированный украинский язык сравнил с птицей без ног, которой придётся висеть в воздухе.
Ему вторил львовский писатель Богдан Дедицкий, критикуя не только попытки насадить абецадло, но и вообще перевод малороссийского наречия на фонетическое письмо: «Украина выдумала для себя особну, стократ нами клятую фонетику!»
Это были времена, когда жители Западной Украины считали себя русскими (русинами). Они понимали, что им навязывают латиницу с единственной целью — оторвать от Державной России, чтобы заставить отречься от русинства и переделать в украинцев. Как говорил американский дипломат Стивен Манн «Язык — это продолжение войны, только другими средствами».
Буква — это символ принадлежности к определённой культуре. Когда какой-то политик из постсоветской республики призывает к отречению от кириллицы, это равносильно признанию «Я не хочу общаться с кириллической культурой». Это, далее, равносильно признанию нежелания культурного общения с Россией — самым крупным кириллическим соседом Средней Азии.
Вслед за латинизацией неизбежно следуют политические шаги, направленные на сближение с третьими центрами силы и подыгрывание им в их интересах, а это чревато переформатированием устоявшегося этно-политического и идеологического баланса в регионе, что не происходит безболезненно.
И, кстати, Иосиф Лозинский позже раскаялся в своих латинизированных опытах и полностью перешёл на русофильские позиции.
Стоит отметить, что в дискуссию о переходе на латиницу включились руководители среднеазиатских республик. Накануне президент Кыргызстана Садыр Жапаров сказал чётко: «Сейчас этот вопрос не стоит. Развитие государственного языка должно продолжиться на кириллице!».
В свою очередь президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев констатировал, что латинизация привела к тому, что «это не казахский язык, прямо скажем, это тексты, чуждые природе нашего языка».
