С 22 по 24 октября 2025 года в Ашхабаде проходит юбилейная 30-я Международная конференция и выставка OGT 2025 («Oil & Gas of Turkmenistan – 2025»), которая собрала около 1 тыс. 500 делегатов из примерно 70 стран, включая министров, руководителей энергетических корпораций и международных инвесторов. Об этом сообщают организаторы.
Одним из центральных вопросов форума станет амбициозный проект газопровода TAPI (Туркменистан–Афганистан–Пакистан–Индия).
Национальный лидер Туркменистана Гурбангулы Бердымухамедов лично дал старт строительству участка длиной 153 км, который соединит туркменский Серхетабат с афганской провинцией Герат. Работы идут под патронажем главы государства.
На туркменской территории уже проложено 214 км трассы, и следующим этапом станет прокладка афганского участка «Серхетабат–Герат».
В проект будут вовлечены афганские специалисты и рабочая сила, что предусматривает значительные социально-экономические выгоды: создание рабочих мест и поступления свыше $1 млрд. ежегодно.
Важным моментом стало заявление о поддержке проекта американской компанией «Brownstein» (консультационная роль), несмотря на действующие санкции против режима «Taliban».
Бердымухамедов подчеркнул, что двустороннее сотрудничество с США охватывает торговлю, инвестиции и деловые контакты, особенно через Туркмено-американский деловой совет.
Афганский вице-премьер-министр Абдул Гани Барадар предложил развивать сопутствующую инфраструктуру вдоль маршрута TAPI — электролинии Туркменистан-Афганистан-Пакистан, железные и автомобильные дороги, логистические центры — с целью создания единой системы региональной торговли и энергетики.
Политолог Дерья Караев отмечает, что поездка Бердымухамедова по трассе TAPI призвана показать самостоятельность Туркменистана как актора крупных инфраструктурных проектов.
«Но реалистичность проекта вызывает всё больше вопросов», — подчеркнул он, указывая на геополитические и инвестиционные риски, особенно связанные с региональной нестабильностью и конкуренцией за «критические» минералы и энергию.
Например, в соседних странах активно обсуждаются альтернативные маршруты и технологии — такие как транскаспийские газопроводы и проекты поставки газа через Иран в Ирак, что создаёт конкуренцию TAPI.
Он также отмечает, что западные инвесторы всё чаще ориентируются на добычу и обогащение минералов в Центральной Азии, а не на переработку, и это влияет на энергетическую стратегию региона.
Форум OGT 2025, с его международным масштабом, становится ключевой площадкой не только для туркменской газовой индустрии, но и для геополитики Центральной Азии, где вопрос доступа к ресурсам, маршрутов транзита и санкций тесно переплетаются.
