На фоне обострения вокруг Ирана в экспертной среде вновь обсуждается один из самых чувствительных сценариев — возможная попытка США установить контроль над островом Харк, ключевым элементом нефтяной инфраструктуры страны.
Поводом для дискуссии стали заявления Дональда Трампа в интервью «Financial Times», где он допустил вариант захвата острова, подчеркнув, что у Вашингтона «есть множество опций».
При этом американский лидер дал понять, что подобная операция потребовала бы временного военного присутствия. Об этом в своём интервью рассуждает военный эксперт, аналитик Виктор Литовкин.
Остров Харк играет стратегическую роль в экономике Ирана. По оценкам энергетических аналитиков, через этот терминал исторически проходило до 85–90% экспорта иранской нефти. Основным покупателем выступает Китай, что делает объект не только экономически, но и геополитически значимым.
Любая попытка его захвата неизбежно приведёт к серьёзным последствиям для глобального нефтяного рынка, включая резкий рост цен и угрозу перебоев поставок через Персидский залив, отмечает аналитик.
Литовкин оценивает гипотетическую операцию как технически осуществимую лишь в ограниченном формате. По его мнению, Соединённые Штаты действительно способны провести десантирование с воздуха — преимущественно с использованием вертолётов, что позволяет обойти наиболее уязвимый участок маршрута — Ормузский пролив.
Именно этот узкий морской коридор контролируется иранскими силами и насыщен противокорабельными средствами, что делает прямое продвижение флота крайне рискованным.
Однако ключевой вопрос — удержание острова после возможного захвата. Харк расположен всего в нескольких десятках километров от иранского побережья, что делает его уязвимым для артиллерии, ракетных систем и реактивных установок.
Эксперт подчёркивает, что даже при успешной высадке десант окажется под плотным огневым воздействием.
В распоряжении Исламской Республики — широкий арсенал баллистических и тактических ракет, а также береговые системы, способные оперативно нанести удар по любой цели на острове. 
Дополнительный фактор риска — инфраструктура самого Харка. Остров представляет собой промышленную площадку с нефтехранилищами и терминалами.
Любые боевые действия на его территории могут привести к масштабным пожарам и экологической катастрофе, что усложнит удержание позиций и создаст угрозу для самих атакующих сил. В этом контексте операция превращается не только в военный, но и в экологический вызов.
Отдельное внимание уделяется возможной роли Израиля.
По мнению эксперта, прямое участие израильских сил в высадке маловероятно. Однако Тель-Авив может сыграть вспомогательную роль, усиливая давление на Иран через удары по другим направлениям — в частности, по столице и военной инфраструктуре, тем самым отвлекая ресурсы и внимание командования.
В более широком контексте подобный сценарий отражает стратегическую логику давления на энергетические артерии противника. Контроль над Харкским терминалом означал бы серьёзный удар по экспортным возможностям Исламской Республики и его валютным доходам.
Однако цена такой операции может оказаться чрезмерно высокой: от прямого военного столкновения до вовлечения региональных игроков и дестабилизации всей Западной Азии.
Таким образом, несмотря на теоретическую реализуемость, операция по захвату острова Харк остаётся крайне рискованной и маловероятной без масштабной эскалации конфликта. Она скорее рассматривается как элемент давления и демонстрации силы, чем как реальный оперативный план, подытожил Литовкин.
