Недавние столкновения на общих границах Афганистана с Таджикистаном, вероятно, являются лишь частью пропагандистской операции или элементом спектра психологической войны, осуществляемой с определёнными целями. Об этом российский политолог Александр Князев рассказал в интервью иранскому информагентству Fars.
В материале отмечается, что третье столкновение за последний месяц, произошедшее 23 декабря на границе Афганистана и Таджикистана, уже не может рассматриваться как случайный инцидент.
На фоне очевидного систематического усиления напряжённости было бы ошибочно считать эти действия самостоятельной инициативой международных террористических групп, присутствующих в отдельных приграничных районах северо-восточного Афганистана — Бадахшане, Тахаре и Кундузе.
Между тем афганская газета Hasht-e Subh («Хашт-е Субх») связывает данный инцидент с группировкой «Ансаруллах Таджикистана», дислоцированной в северных провинциях Афганистана, реальное существование которой в течение длительного времени остаётся неясным.
Оценки численности этого присутствия сильно разнятся — от нескольких сотен до десятков тысяч боевиков, однако все эти оценки вызывают сомнения, поскольку никто не ссылается на источники информации или методы подсчёта численности террористических групп на севере Афганистана.
В подобных ситуациях закономерно возникает вопрос: кому выгодно такое обострение напряжённости и формирование атмосферы общественного страха?
Сообщения о вооружённых столкновениях на афгано-таджикской границе, которые не имеют перспективы перерасти в нечто масштабное, могут быть лишь частью пропагандистской операции, элементом психологической войны, целью которой во многих случаях является создание управляемой массовой психозы, необходимой для достижения конкретных задач.
Многие войны в истории начинались с локальных диверсий, осуществлённых террористическими или просто преступными группами по указанию спецслужб, и впоследствии становились формальным поводом для начала военных действий, и становившимися casus belli…
В заявлении пресс-центра Пограничных войск Государственного комитета национальной безопасности Республики Таджикистан говорится, что «правительство “Талибана” продемонстрировало серьёзную и неоднократную некомпетентность и безответственность в выполнении своих международных обязательств и многократных обещаний обеспечить безопасность и стабильность на государственной границе с Республикой Таджикистан, а также в борьбе с членами террористических организаций».
Данные обвинения прозвучали на фоне зарождающихся позитивных тенденций в двусторонних отношениях между Таджикистаном и Афганистаном. В то же время во всех других странах региона уже давно сложилось понимание того, что, как недавно заявил президент России Владимир Путин в интервью телеканалу India Today, «Талибан явно контролирует ситуацию в Афганистане — это необходимо признать, поскольку это является реальностью».
Разумеется, эта реальность, в частности, включает определённую слабость государственных институтов Афганистана, что приводит к недостаточному контролю над рядом регионов страны, а также к ограниченному контролю ситуации на отдельных участках границы.
Следует отметить, что слабость государственного управления не является исключительно афганским феноменом и была характерна не только для периода прихода движения «Талибан» к власти.
Примечательно, что в течение пятнадцати лет именно российская пограничная служба охраняла этот участок таджикской границы, причём в условиях значительно более сложных, чем сегодня, из-за гражданской войны, проходившей в то время в республике. Одновременно при содействии России в Таджикистане была создана современная пограничная служба.
