Все республики Средней Азии обладают выгодами, связанными с их расположением в центре новой коммуникационной оси Восточная Азия — Западная Азия — Центральная Евразия — Европа, а также с запасами природных ресурсов. По этой причине державы борются за свое влияние в регионе.
О том, какие интересы преследуют внешние игроки и в чем они отличаются, а также сотрудничество с какими странами регион получит развитие в интервью «Стан-Центру» рассказал историк, геополитолог, профессор Национального института восточных языков и цивилизаций (Париж) Бруно Дрвенски.
— Сегодня из-за введённых Западом экономических санкций Россия ищет новые товарные маршруты на восточном направлении. В том же направлении идут страны Европы, что объясняется растущим экономическим значением Индии и Китая. По вашему мнению, возможна ли здесь мирная конкуренция России и западных государств?
— На данный момент я не вижу, чтобы европейские государства, будучи зажаты в рамки Европейского союза, могли отдельно конкурировать с Россией в Азии, поскольку европейские государства не проводят политики, отвечающей их экономическим интересам.
Они позволили англо-американскому истеблишменту провести деиндустриализацию Европы, поддавшись его интересам, что особенно чётко показали последствия войны на Украине, когда европейские правители согласились действовать вопреки собственным интересам ради того, чтобы удовлетворить Вашингтон.
Поэтому, несмотря на то что Штаты утверждают, что благодаря развитию искусственного интеллекта уже не обязательно обладать производственными мощностями, даже в этой отрасли Китай и другие страны начинают их опережать.
Таким образом, очевидно, что производственно-экономическая динамика сместилась с северного побережья Атлантики на запад Тихоокеанского региона и к Индийскому океану.
— В таком случае как вы оцениваете политический и экономический потенциал постсоветских республик Средней Азии? Какая из них могла бы выступить в роли двигателя региональной экономики?
— Все республики Средней Азии обладают выгодами, связанными с их расположением в центре новой коммуникационной оси Восточная Азия — Западная Азия — Центральная Евразия — Европа, а также с запасами природных ресурсов.
Но они должны развить более прочные и надёжные политические институции, чтобы достичь стабильности, необходимой для использования этих выгод.
Они должны найти синтез между своими исламскими традициями, советским историческим наследием и новыми вызовами, а также развить близкое сотрудничество с тремя важными соседями — Китаем, Россией и Ираном.
Необязательно, что самая большая — Казахстан, самая богатая газом — Туркмения, самая центральная из республик — Узбекистан — быстрее всех достигнет этого равновесия, но [достигнет] та, которая сможет найти баланс национальных и общественных интересов, неизбежных при поиске ответа на вызовы в режиме «здесь и сейчас».
— На ваш взгляд, в каких сферах Россия, Китай и США будут наиболее активны в следующей условной пятилетки? Что будет в приоритете — политика или экономика?
— Очевидно, что в будущем ключевую роль будет играть всё же экономика, а это требует наличия динамичной общественно-политической системы, способной ответить на потребности, связанные с достижением человечеством определённого уровня экономического и технологического развития.
Неолиберальный капитализм в последние тридцать лет показал, что исчерпал свои творческие возможности. Это толкает его, как и все системы, приближающиеся к своему концу, к развязыванию войн.
В свою очередь, страны, придерживающиеся политики экономического интервенционизма и социального государства, действуют в более долгосрочной и плановой перспективе.
Как подчеркнула ваша соотечественница, профессор Елена Ведута из Московского университета им. Ломоносова, развитие кибернетики позволяет представить экономику одновременно эффективную и обеспечивающую социальный прогресс.
С этой точки зрения США находятся в худшей ситуации, у Китая плюсов больше, а Россия сохранила традиции, которые могут облегчить ей этот качественный переход.
— А как вы считаете, различаются ли интересы США и ЕС в Средней Азии?
— Европа — это часть евразийского континента, что становится очевидным с развитием новых быстрых средств коммуникации. В её интересе — включиться в сети, соединяющие её со Средней Азией и, тем самым, с Азией Восточной.
Эту перспективу из политических соображений блокируют Соединённые Штаты, вмешиваясь во внутренние дела других государств, особенно европейских.
США не приемлют многополярности и экономической интеграции «Большой Евразии» от Тихого океана до Атлантики, так как это вытеснило бы Вашингтон на периферию основных коммуникационных маршрутов.
По этой же причине США вмешиваются во внутренние дела республик Средней Азии, играя на своих минутных привилегиях: таких как вера в силу доллара, подписание соглашений и выделение кредитов. Всё это приносит только кратковременные результаты.
Чтобы добиться долгосрочной динамики развития, Европа, континентальная Евразия, Западная и Восточная Азия должны разработать такую архитектуру отношений, которая позволит каждому из них закрепиться во всеобщем ансамбле государств.
— Каким вы видите будущее этих стран с учётом текущих геополитических изменений: ослабления однополярного миропорядка, геополитической конкуренции США с Россией и Китаем, трудные отношения между Китаем и Индией?
— На данный момент ось конкуренции между Россией и США пролегает по территории Украины и к тому же за счёт интересов европейских государств, но на самом деле суть проблемы — в конфликте между США и Китаем.
В этом конфликте кроются причины зарождения многополярности и дедолларизации — процессы, которыми интересуются Китай, Индия, Иран, Россия и Европа.
Конкуренция между этими странами -— второстепенный вопрос по сравнению с указанной центральной проблематикой, но история учит, что антагонизмы действуют с большей силой, чем не антагонистические разногласия, поэтому держава, которой грозит проигрыш, будет стараться углубить не антагонистические расхождения между своими конкурентами.
Сейчас, когда США стоят перед лицом недоверия со стороны огромного количества стран и народов, они пытаются играть на второстепенных разногласиях между Китаем и Индией, Китаем и Россией, Россией и Европой, Германией и Польшей, Польшей и Россией, между республиками Средней Азии, между Россией и республиками Средней Азии, между Китаем и Ираном и т. д.
Всё зависит от того, смогут ли общества в этих странах избрать проницательных руководителей, способных работать на достижение долгосрочных интересов.
Беседовал Владислав ГУЛЕВИЧ
Справка: Бруно Дрвенски (Bruno Drwęski) — историк, геополитолог, профессор Национального института восточных языков и цивилизаций (Париж). Этнический поляк, эмигрировавший во Францию.
Автор статей и книг на польском и французском языках о цивилизационных проблемах и диалоге культур. Среди его работ есть следующие: «Идеология новой России: правая или левая?» (Париж, 2016); «Польша: украденная история «Солидарности». Остался только миф» (Варшава, 2020).
