Тегеран рассматривает Москву уже не просто как важного внешнеполитического партнера, а как одно из ключевых направлений своей долгосрочной стратегии. Посол Ирана в России Казем Джалали заявил, что при президенте Масуде Пезешкиане двусторонние связи заметно ускорились.
При этом нынешнее сближение становится все более практическим: политические заявления постепенно подкрепляются торговыми, транспортными, финансовыми и энергетическими проектами.
Пять опор нового партнерства России и Ирана
Джалали выделил пять направлений, вокруг которых Москва и Тегеран выстраивали отношения в последние два года.
Центральное место занимает Договор о всеобъемлющем стратегическом партнерстве, подписанный Владимиром Путиным и Масудом Пезешкианом в Москве 17 января 2025 года.
Документ рассчитан на 20 лет с возможностью автоматического продления и охватывает внешнюю политику, безопасность, оборону, торговлю, транспорт, энергетику, финансы и технологическое сотрудничество.
Вторым важным элементом стала торговля.
С 15 мая 2025 года действует полноформатное Соглашение о свободной торговле между Ираном и ЕАЭС, куда входит и Россия.
Оно заменило временный режим и существенно расширило перечень товаров с преференциальным доступом на рынки сторон.
Для Тегерана это особенно важно: соглашение фактически открывает более прямой экономический канал не только с Россией, но и с Казахстаном, Кыргызстаном, Беларусью и Арменией.
Не менее принципиальное значение приобретает международный транспортный коридор «Север — Юг», который является третьим элементом сотрудничества.
Его ключевым недостающим звеном остается железнодорожный участок Решт — Астара в Иране. После его завершения должен появиться непрерывный железнодорожный маршрут от портов Персидского залива через Иран и Азербайджан к России, а далее — к Балтике и северным российским портам.
Москва, Баку и Тегеран ранее обозначили ориентир по увеличению грузопотока по коридору до 15 млн тонн.
Еще два направления — создание устойчивых банковских механизмов и энергетика — отражают более глубокую задачу сторон: снизить зависимость взаимных расчетов и крупных проектов от западной финансовой инфраструктуры.
Поэтому нынешнее российско-иранское сближение правильнее рассматривать не как ситуативную реакцию на санкции, а как попытку создать собственную долгосрочную систему торговли, расчетов и логистики.
Именно эту линию Джалали связывает с курсом, сформированным при погибшем президенте Иране Эбрахиме Раиси и продолженным администрацией Пезешкиана.
Справка ИА «Eurasia Today»: Международный транспортный коридор «Север — Юг» — это мультимодальный маршрут, который должен связать Россию и страны Северной Европы с Ираном, государствами Персидского залива и Индией через Каспийский регион.
Коридор включает железнодорожные, автомобильные и морские участки и рассматривается как более короткая альтернатива традиционным перевозкам через Суэцкий канал. Его ключевыми участниками являются Россия, Иран, Азербайджан и Индия.
Особое значение для полноценной работы маршрута имеет строительство железной дороги Решт — Астара на территории Ирана.
После ее завершения появится непрерывное железнодорожное сообщение по западной ветке коридора. Москва, Тегеран и Баку рассчитывают, что развитие «Север — Юг» позволит увеличить грузопоток, сократить сроки доставки и укрепить транзитную роль Ирана и Каспийского региона в торговле между Евразией, Ближним Востоком и Южной Азией.
