Международное право и система глобальной безопасности уже не будут прежними. Доминирующими становятся «политика двойных стандартов» и «право силы», которые неизбежно будут провоцировать конфликты и войны. О том, каков он, новый мировой порядок, почему перестали работать механизмы сдерживания и какую цену за это могут заплатить страны вроде Казахстана, мы поговорили с доктором политических наук, синологом Константином Сыроежкиным (Алматы).
— Поводом к атакам США и Израиля на Иран стали подозрения в разработке ядерного оружия. Константин Львович, не кажется ли вам, что начавшаяся война подтолкнет и другие государства к обладанию им? Ведь все видят, что ядерные державы могут спокойно напасть на тех, кто не имеет такого оружия, тогда как, скажем, КНДР, режим которой для Штатов даже более неприемлем, чем иранский, не боится стать объектом нападения. Чем всё это чревато для планеты?
— Подозрения в том, что Иран осуществляет разработки ядерного оружия (кстати говоря, абсолютно необоснованные: они не подтверждаются не только МАГАТЭ, но и разведструктурами США), – отнюдь не главный повод для американо-израильской агрессии в отношении него. Слово «агрессия» здесь вполне уместно, поскольку эта операция не отвечает никаким нормам международного права. Ссылки на «экзистенциональную угрозу» со стороны Ирана – от лукавого. Никакой угрозы ни Израилю, ни США он не представлял. Как и Россия не представляет никакой угрозы странам Европы. Всё это выдумки не совсем адекватных политиканов.
Что касается вашего вопроса, то соглашусь: мы вступаем в очень опасное время. И проблема не только в том, что всё большее число государств в ближайшей перспективе посчитает для себя необходимым обзавестись ядерным арсеналом. Хотя, если объективно, наличие такового сегодня не является гарантией от внешней агрессии, и пример конфликта между Россией и «коалицией желающих» весьма красноречив.
Главная проблема в том, что у многих политиканов исчез страх перед применением ядерного оружия, критерии его использования размыты, а само оно утратило главную свою функцию – эффект сдерживания. И здесь я хотел бы напомнить, что в ядерной войне победителей не будет.
— Насколько вообще справедлив сложившийся в мире порядок, когда страны, обладающие ядерным оружием, не позволяют другим государствам заниматься его разработками? Почему одним можно, а другим нельзя? Не настало ли время пересмотреть такой порядок?
— Договорно-правовая база, регламентирующая нераспространение ядерного оружия, на сегодняшний день практически разрушена, а технология его изготовления достаточно хорошо известна. С учетом того, что список желающих обзавестись им существенно расширился (по некоторым подсчетам, это от 20 до 40 государств), а когнитивные способности современных политиков, как и их моральные ограничители, существенно ослабли, мы и без снятия ограничений на обладание ядерным оружием живем в непредсказуемом мире. Поэтому я бы так вопрос не ставил. Напротив, необходимо возвращаться к режиму нераспространения. Более того, делать его более жестким.
Мы как-то подзабыли основную причину, по которой ряду стран жестко запрещалось обладание ядерным оружием, – принцип признания международным сообществом (прежде всего, государствами – членами ДНЯО) неадекватности их политических режимов. Сегодня, когда вся система действующего международного права разрушена, потерял значение и этот принцип. Не хочу никого обвинять, но если объективно, то неадекватность сегодня проявляют те, кого еще совсем недавно считали «светочами демократии».
— США и Израиль, развязав военную агрессию против Ирана, причем под надуманными предлогами, фактически поставили себя в один ряд с Россией, которая напала на Украину. Не думаете ли вы, что и отношение мирового сообщества к ним должно быть одинаковым, что ограничения, введенные в отношении РФ (во внешних связях, культуре, спорте и т.д.), теперь должны быть распространены и на США с Израилем? Или, как сейчас любят говорить, это другое?
— Я бы не ставил эти два кейса в один ряд. Да, действия США и Израиля в отношении Ирана – агрессия в чистом виде. Это признается практически всеми юристами-международниками. Да и вполне понятно и так. Вы практически завершаете переговоры с Ираном, назначаете новую дату, но вместо очередного раунда наносите ракетно-бомбовый удар, уничтожая все старое руководство ИРИ и гражданское население, включая ни в чем не повинных детей.
Что касается России, то ее трудно обвинить в агрессии. Она действовала в рамках международного права. Статью 51 Устава ООН (право на самооборону) никто не отменял, как не отменял и Декларацию о принципах международного права, касающихся дружественных отношений и сотрудничества между государствами в соответствии с Уставом ООН.
Последняя, принятая в 1970 году, утверждает, что соблюдается территориальная целостность только тех государств, чьи правительства уважают право народов на самоопределение и в силу этого представляют всё население, проживающее на соответствующей территории. Можно ли это сказать о политических режимах Украины после 2004 года — большой вопрос.
Более того, Россия не один раз говорила Западу о тех «красных линиях», которые пересекать не стоит. Вспомните хотя бы речь Владимира Путина 2007 года в Мюнхене или «ультиматум Рябкова» в декабре 2021-го. Будем честны: Запад не только не слышал этих предупреждений, но делал всё, что в России не могло не восприниматься как угроза ее национальным интересам. По-моему, сегодня на фоне воинственной риторики «коалиции желающих» и агрессивных действий их прокси на Украине это вполне очевидно.
Что касается вашего вопроса, то он звучит риторически. Безусловно, реакция международного сообщества на агрессию должна быть адекватной. Но кто осудил Израиль за то, что он практически уничтожил Газу? Или США за разрушение Ливии, Ирака и Сирии, а также за насильственное похищение действующего главы государства? Я что-то не слышал гневного голоса ООН. В общем, это именно то, что называется «политикой двойных стандартов» и «правом силы», которое сегодня в доктринальных документах США упаковано в красивую формулу «мир через силу».
— Наверное, это прозвучит кощунственно, но всё-таки… Можно ли говорить о каких-то плюсах – политических и экономических – от нынешней войны на Ближнем Востоке для Казахстана? Или же негативных последствий для нас будет больше?
— Плюсов не так уж и много. Более того, все они краткосрочные. Имею в виду рост цен на углеводороды. Возможно, удастся как-то пополнить бюджет.
А вот минусов много. Во-первых, Казахстан является членом «Совета мира» и «Соглашений Авраама». И то, и другое на сегодняшний день вряд ли реализуемо. Причем не только по причине агрессии США и Израиля в отношении Ирана, но и в силу неадекватных заявлений Дональда Трампа, касающихся оценки лидеров арабского мира. Более того, вряд ли остался кто-то, готовый поверить в «миротворческие» усилия США и Израиля, а также в возможность подписания с ними долгосрочных договоренностей. Их имидж полностью разрушен.
Во-вторых, поставлены под вопрос все наши транспортно-логистические проекты. Даже если война на Ближнем Востоке не будет достаточно продолжительной, потребуется время на восстановление принципа доверия, без которого реализация всех этих проектов невозможны.
В-третьих, потери от экспортно-импортных операций с Ираном. Хотя они и не столь значительны, но тем не менее.
В-четвертых, почти неизбежный рост экстремизма на Ближнем Востоке. Напомню, что именно американская операция в Ираке привела к возникновению группировки ИГИЛ, а Иран был одной из немногих стран, которые реально противостояли ей. Разрушение Ирана приведет к еще большим проблемам. Мы – в зоне риска.
В-пятых, в силу дефицита энергоресурсов возможен экономический спад в Китае со всеми вытекающими из этого проблемами для Центральной Азии.
— Какие уроки – политические, дипломатические, экономические – должен извлечь Казахстан (как власть, так и общество) из проходящих сейчас войн на Ближнем Востоке и в Украине?
— Уроки вытекают из того, о чем говорилось выше. Система международного права разрушена полностью. Доминируют «политика двойных стандартов» и «право силы». Верить в «миротворческие инициативы» западных «демократий» – себе дороже. Нужно искать надежных союзников. Мир вступил в эпоху турбулентности, а если точнее – войн и катастроф. И это надолго. Наша задача – избежать перспективы втягивания в конфликты между крупными державами.
— Какие изменения претерпит мировой порядок в обозримом будущем и каким в нем будет место Казахстана?
— Делать прогнозы – занятие неблагодарное. Особенно в наше время. В идею полицентричности мира я не очень верю, но даже если она начнет реализовываться, то ей будут предшествовать серьезные конфликты. Главный вопрос: что после них останется, и какие центры силы будут сформированы? Наша задача – вовремя сориентироваться и сделать правильный выбор.
Источник: Spik.kz
Автор: Сауле Исабаева
