В случае военной агрессии США против Ирана страны центральноазиатского региона не станут занимать публично выраженную позицию и постараются максимально дистанцироваться от конфликта. Такой комментарий Eurasia Today дал заведующего сектором Центральной Азии ИМЭМО РАН им. Е.М. Примакова Станислав Притчин.
По его словам, государства Центральной Азии вряд ли будут делать какие-либо резкие заявления. Особенно с учетом того, что Казахстан и Узбекистан входят в международные структуры, ориентированные на поддержание мира, риторика, скорее всего, будет предельно осторожной и нейтральной — если вообще последуют какие-то оценки.
Эксперт подчеркивает: ожидать открытой поддержки Ирана со стороны центральноазиатских стран не стоит, как не стоит ожидать и практических шагов, способных изменить баланс. Регион традиционно избегает вовлечения в конфликты вне собственной территории.
В то же время Притчин обращает внимание на фактор Азербайджана. По его оценке, именно Баку сегодня остается единственным потенциально чувствительным элементом в региональной конфигурации, учитывая его усиливающееся взаимодействие с США. Теоретически нельзя исключать давления на Азербайджан с целью предоставления инфраструктуры или территории для действий против Ирана.
Однако здесь вступают в силу фундаментальные принципы региональной безопасности. Несмотря на то что Конвенция о правовом статусе Каспийского моря до сих пор не ратифицирована всеми сторонами, в Каспийском регионе действует ряд договоренностей, включая положения о недопустимости использования территории одного государства для нанесения ударов по соседям. Эти нормы, по мнению эксперта, остаются важным сдерживающим фактором.
Говоря о распространяемых версиях относительно возможного военного участия третьих стран через инфраструктурные или логистические проекты, Притчин оценивает такие сценарии как маловероятные. Экономическое сотрудничество — в том числе с государствами Персидского залива — не тождественно военному взаимодействию. Инвестиции в порты или инфраструктуру не означают автоматической вовлеченности в силовые операции.
Он также скептически относится к предположениям о возможном использовании военной инфраструктуры стран региона в интересах Израиля или других акторов. По его мнению, подобные схемы слишком сложны и противоречили бы интересам самих государств Центральной Азии, которые стремятся сохранить баланс во внешней политике.
Отдельно эксперт отметил Туркменистан, напомнив о его официальном нейтральном статусе. Ашхабад традиционно крайне осторожен в вопросах безопасности и, как считает Притчин, не станет отходить от принципа постоянного нейтралитета, особенно с учетом общей границы с Ираном.
В целом, резюмирует эксперт, со стороны Центральной Азии в отношении Ирана не просматривается ни прямых угроз, ни реальных возможностей для военного или политического вмешательства. Регион будет придерживаться линии невовлеченности и осторожного нейтралитета, минимизируя любые риски втягивания в крупную геополитическую конфигурацию.
