Иран заявил, что разминирование Ормузского пролива должно осуществляться исключительно силами Исламской Республики. Об этом сообщил заместитель министра иностранных дел Ирана по правовым и международным вопросам Казем Гарибабади.
Его заявление стало ответом на слова президента Франции Эммануэля Макрона, который ранее сообщил о готовности Парижа совместно с Оманом и международными партнерами участвовать в обеспечении безопасности судоходства и разминировании Ормузского пролива.
Heureux d’accueillir Sa Majesté Haitham bin Tarik, Sultan d’Oman, pour sa première visite officielle en France.
Le Sultanat d’Oman et la France renforcent aujourd’hui leur partenariat à travers des accords historiques… pic.twitter.com/EW3nIBY7uG
— Emmanuel Macron (@EmmanuelMacron) June 29, 2026
Гарибабади резко отверг такую инициативу. По его словам, в соответствии с Исламабадским меморандумом разминирование пролива относится исключительно к компетенции Ирана.
Он подчеркнул, что Тегеран не позволит какой-либо другой стране заниматься этими работами.
Иранский дипломат также предупредил Францию от действий, которые Тегеран считает провокационными.
По его словам, ситуация вокруг Ормузского пролива остается чувствительной и сложной, поэтому любые несогласованные шаги внешних игроков могут только усилить напряженность.
Позиция Ирана показывает, что Тегеран стремится сохранить за собой ключевую роль в вопросах безопасности Ормузского пролива.
Для Исламской Республики это не только техническая задача, но и вопрос суверенитета, регионального влияния и контроля над одним из важнейших морских коридоров мира.
Ормузский пролив соединяет Персидский залив с Оманским заливом и далее с Аравийским морем. Через него проходят крупные объемы нефти и сжиженного природного газа из стран Персидского залива.
Поэтому любые угрозы судоходству в этом районе сразу отражаются на мировых энергетических рынках, стоимости страхования судов и логистике поставок.
Франция, в свою очередь, пытается показать готовность участвовать в обеспечении безопасности международных морских маршрутов. Париж традиционно рассматривает свободу судоходства как важный элемент глобальной безопасности, особенно когда речь идет о ключевых энергетических артериях.
Однако для Ирана участие Франции и других западных стран в разминировании Ормуза выглядит как попытка внешнего вмешательства в зону, которую Тегеран считает непосредственно связанной со своими национальными интересами.
Именно поэтому заявление Гарибабади прозвучало в жесткой форме.
Оман в этой ситуации занимает особое положение. С одной стороны, он является прибрежным государством и напрямую заинтересован в безопасном проходе судов.
С другой — Маскат традиционно старается сохранять баланс между Ираном, странами Запада и государствами Персидского залива.
Поэтому любые совместные инициативы Омана с Францией могут восприниматься Тегераном крайне чувствительно.
Разногласия вокруг разминирования Ормузского пролива показывают, что даже после дипломатических договоренностей вопрос практического восстановления судоходства остается сложным.
Сторонам предстоит решить, кто будет контролировать безопасность маршрутов, кто будет отвечать за навигацию и каким образом будут согласовываться действия прибрежных и внешних государств.
Таким образом, заявление Гарибабади стало очередным сигналом о том, что Ормузский пролив остается не только транспортным маршрутом, но и зоной геополитического соперничества.
Здесь пересекаются интересы Ирана, Омана, Франции, США, стран Залива и крупнейших потребителей энергоресурсов в Азии.
