Современная система международных отношений переживает период фундаментальной трансформации. Одним из главных катализаторов этих изменений стала внешняя политика США, направленная на изоляцию своих геополитических конкурентов. Об этом в своем материале для портала «Военная тайна» пишет журналист-политолог Евгений Федоров.
Попытки Вашингтона ослабить влияние России и Китая привели к неожиданному результату: формированию новых стратегических партнерств, которые бросают вызов традиционной западной гегемонии, подчеркнул автор.
Индийский фактор: демократия против санкционного давления
Особенно показательной в этом контексте является позиция Индии — крупнейшей демократии мира, которая, согласно западной логике, должна была автоматически присоединиться к антироссийской коалиции.
Однако реальность оказалась иной. За последние два года торгово-экономические связи между Москвой и Дели не только сохранились, но и существенно укрепились, достигнув рекордных $65 млрд.
Наиболее ярким символом этого сближения стало присвоение Нарендре Моди высшей российской награды — ордена Святого Андрея Первозванного.
Это событие продемонстрировало, что геополитические расчеты могут оказаться сильнее идеологических принципов.
Энергетический сектор стал локомотивом российско-индийских отношений.
Если до начала санкционного режима доля российской нефти в индийском импорте составляла всего 2%, то сегодня этот показатель достиг 40%.
Индия не просто увеличила закупки российских энергоносителей — она превратилась в своеобразный хаб по переработке и реэкспорту нефтепродуктов в европейские страны, получая при этом значительную маржу, добавил эксперт.
Китайско-индийская нормализация: провал американской стратегии сдерживания
Второй стратегической ошибкой США стало неумение эффективно использовать территориальные противоречия между Китаем и Индией.
Несмотря на серьезный пограничный конфликт 2020 года и многолетние попытки Вашингтона втянуть Дели в антикитайские альянсы, на 25-м саммите Шанхайской организации сотрудничества произошло символическое рукопожатие Си Цзиньпина и Нарендры Моди.
Визит индийского премьера в Китай — первый за семь лет — стал дипломатической сенсацией.
Китайский лидер точно сформулировал новую парадигму отношений: «Быть друзьями, имеющими добрососедские и дружеские связи, партнёрами, способствующими успеху друг друга, и танцевать вместе, как дракон и слон».
Этот поворот стал возможен во многом благодаря неуклюжей дипломатии Дональда Трампа, который попытался выступить медиатором в индийско-пакистанском конфликте, не учитывая исторические особенности региона.
Результатом стал дипломатический бойкот: по западным данным Моди минимум четыре раза отказывался от телефонных переговоров с американским президентом.
Экономическая синергия: Россия как главный бенефициар «Большой тройки»
В сложившейся конфигурации Россия оказалась в роли главного выгодоприобретателя. Москва де-факто становится полноправным участником новой «Большой тройки» — России, Китая и Индии.
Это партнерство обеспечивает российской экономике стабильный, хотя и не всегда высокомаржинальный, рынок сбыта энергоносителей с огромным потенциалом роста.
По мнению политолога, особенность индийского рынка заключается в его структурных характеристиках. В отличие от Поднебесной, который активно развивает альтернативную энергетику, Нью-Дели пока не может позволить себе масштабный переход на возобновляемые источники энергии.
При этом сотни миллионов индийцев все еще живут за чертой бедности, что создает низкую базу для потенциального экономического роста и, соответственно, роста энергопотребления.
Уникальность российско-индийского экономического партнерства заключается в механизме реинвестирования. Десятки миллиардов рупий, полученных от продажи нефти, Россия вынуждена инвестировать обратно в индийскую экономику.
Для Индии это настоящая находка: страна не только получает энергоносители по льготным ценам, но и привлекает российские инвестиции, которые дополнительно стимулируют экономический рост и увеличивают потребление энергии.
Институциональные последствия: ШОС как платформа нового порядка
Политическим ответом Индии на американское давление стало активное использование институциональных механизмов Шанхайской организации сотрудничества, подчеркнул аналитик.
Показательным примером стало вето Моди на вступление Азербайджана в ШОС из-за чрезмерного американского влияния в риторике Баку и его антироссийской позиции. Аналогично Пакистан заблокировал членство Армении в организации.
Эти решения продемонстрировали, что ШОС постепенно превращается в эффективный инструмент геополитического сдерживания западного влияния. При этом организация сталкивается с внутренними противоречиями между Индией, Пакистаном и Китаем, что создает дополнительные возможности для американского вмешательства.
Перспективы российско-индийского сотрудничества выходят далеко за рамки энергетического сектора. Торговые войны Трампа могут лишить Индию до 0,8% годового роста ВВП, что заставит Дели активнее искать альтернативные рынки сбыта.
Москва готова предложить более выгодные условия для импорта индийской фармацевтики, продукции легкой промышленности и сельского хозяйства.
Военно-техническое сотрудничество остается традиционно важным направлением. Индия исторически предпочитает российское вооружение американскому или европейскому из-за оптимального соотношения цена-качество и более широкого ассортимента. В условиях ухудшения отношений с США эта тенденция будет только усиливаться.
Интересные перспективы открываются в сфере трудовой миграции. В отличие от неконтролируемого потока гастарбайтеров из Средней Азии, индийские трудовые ресурсы могут использоваться более эффективно — вахтовым методом на крупных промышленных и инфраструктурных проектах при обеспечении компактного проживания и безопасности, отмечает эксперт.
Амбиции Индии распространяются даже на Арктический регион. Дели неоднократно заявлял о готовности участвовать в освоении арктических ресурсов наравне с Россией и Китаем. Это создает как новые возможности для сотрудничества, так и потенциальные точки напряжения в будущем.
Формирование новой «Большой тройки» не может остаться незамеченным в Вашингтoнe. Хотя американская гегемония пока сохраняется, одновременное сотрудничество трех крупных оппонентов вызывает серьезную обеспокоенность.
Вероятно, Соединённые Штаты будут вынуждены смягчить свою риторику и стать более сговорчивыми в отношениях с Россией, не допуская полного разрыва контактов.
Одновременно следует ожидать американских попыток расшатать единство «Большой тройки» изнутри. Пока Вашингтон сохраняет влияние на Пакистан, он будет подталкивать его к конфликтам с Индией.
Аналогичная стратегия может быть применена в отношении Исламской Республики, который также входит в ШОС и находится в списке целей американской военной машины.
Создание точек нестабильности в стратегически важных регионах остается коронным приемом американской геополитики. Вопрос заключается лишь в том, когда и как этот инструмент будет задействован против формирующегося российско-китайско-индийского партнерства, подытожил Фёдоров.
