Председательство Кыргызстана в ОДКБ прошло в один из самых сложных периодов для региональной безопасности. И мы обсуждаем итоги саммита буквально «по горячим следам».
Параллельно Кыргызстан возглавлял и Организацию тюркских государств — структуру, которая сегодня развивается особенно динамично.
Экономической составляющей там ещё не так много, но идеологический импульс и политический вес — беспрецедентны. На мой взгляд, сравнить ОТГ сегодня практически не с чем. В следующем году Кыргызстан примет председательство в ШОС — ещё одна важная площадка, где у нас появляется возможность формировать новую повестку.
Если кратко охарактеризовать 2024–2025 годы, то это — бенефис Центральной Азии. Наши лидеры были в центре внимания трёх главных столиц мировой геополитики — Москвы, Пекина и Вашингтона.
Об этом в ходе круглого стола: «Внешнеполитические итоги Кыргызстана: от коллективной безопасности до тюркской интеграции» организованный Центром экспертных инициатив «Ой-Ордо» заявил Кайрат Осмоналиев, профессор, экс-посол КР в Азербайджане, руководитель Центра тюркского наследия в КНУ.
«Как корабль назовёшь…»: тюркская интеграция и её скрытый потенциал
Ровно с того момента, как 12 ноября 2021 года Тюркский совет был преобразован в полноценную Организацию тюркских государств. И, как показала практика, «как корабль назовёшь, так он и поплывёт». ОТГ действительно стала работать в полном формате — политическом, экономическом и гуманитарном.
У саммитов появился свой ритм — не только ежегодный, но и внеочередной. Лидеры встречаются дважды в год, и каждый раз поднимают планку выше. И что особенно важно — вопросы безопасности всё чаще оказываются в центре обсуждений.
В резолюциях саммитов чётко обозначены блоки по военному сотрудничеству, оборонной промышленности, координации подходов к региональным угрозам. Поэтому ещё в прошлом году, уже будучи экс-послом, я публично предложил подумать о создании силового компонента ОТГ.
Это вызвало бурную реакцию — в том числе у наших северных партнёров. Но вопрос остаётся: может ли тюркское пространство стать зоной коллективной безопасности? Уверен — потенциал для этого есть.
Инициатива 5+3: идея, которая опередила время
Хочу напомнить, что инициатива «5+3» — сотрудничество пяти стран Центральной Азии и трёх стран Южного Кавказа — была впервые озвучена именно Кыргызстаном в 2021 году на саммите, где создавалась ОТГ.
Тогда я как посол сказал журналистам, что мы прорабатываем эту идею, — и получил строгий выговор. Кому-то на севере она тогда не понравилась. Но прошло всего несколько лет — и мы видим, что эта модель начинает реализовываться.
Азербайджан стал постоянно участником консультативных встреч. Роль Южного Кавказа в региональных процессах растёт, а Центральная Азия впервые действует не оглядываясь, а исходя из собственных интересов.
Мы постепенно превращаемся из объекта геополитики — в её субъект. И это ключевой итог года.
Центральная Азия в мире: три столичные точки влияния
Если кратко охарактеризовать 2024–2025 годы, то это — бенефис Центральной Азии. Наши лидеры были в центре внимания трёх главных столиц мировой геополитики — Москвы, Пекина и Вашингтона.
Каждая из этих держав проявляет особый интерес к региону. И не только как к транзитному коридору, но как к самостоятельному игроку.
Особенно выделю Китай. Пекин сегодня рассматривает страны Центральной Азии как ключевых партнёров в реализации концепции «сообщества единой судьбы». Я это хорошо вижу, поскольку продолжаю сотрудничать с китайскими академическими структурами.
Вывод года
Внешнеполитические итоги Кыргызстана — и региона в целом — можно сформулировать так: Мы стали действовать согласованно, демонстрировать единство и формировать собственную повестку. И именно это придало нам вес и субъектность.
