Этим летом президент Кыргызской Республики Садыр Жапаров подписал указ № 170, который утверждал новую Военная доктрина Кыргызстана.
В целом, больших изменений она не претерпела, но есть интересный момент, который отмечают авторы телеграмм-канала «Юрта аналитиков»
Одной из правовых новелл является то, что Военной доктриной установлено развитие резервных формирований и частных охранных организаций, а также их подготовка для участия в выполнении задач по обеспечению военной, пограничной безопасности, ведению территориальной обороны и гражданской защиты.
Начальник Генштаба Вооруженных сил Кыргызстана Эрлис Тердикбаев в свою очередь уточнил, что новую военную доктрину решили разработать потому, что в стране принята новая Конституция, проведены серьезные реформы государственного аппарата, а в регионе и мире произошли «изменения военно-политической ситуации».
Так же он упомянул, что каждая из семи областей является приграничным регионом, а 80 процентов из 40 административных районов напрямую связаны с соседними странами.
В большей степени, конечно-же, это связано с неурегулированностью границы с Таджикистаном. Об этом прямо указано и в новой редакции доктрины:
«Имеется вероятность возникновения пограничных инцидентов и военных акций на государственной границе и в приграничных районах на основе существующих нерешенных проблем. Существуют накопившиеся на протяжении многих лет противоречия и проблемы в сфере межэтнических отношений».
И хотя в последнее время обеими сторонами процесс урегулирования спорных участков госграницы активизировался, более 400 км из 970 км государственной границы не согласованы между двумя государствами до сих пор.
Малочисленные же пограничные войска КР, да и вооружённые силы в целом, не в состоянии прикрыть столь протяжённую государственную границу с Таджикистаном.
В этой связи, с большой долей вероятности можно утверждать о том, что для этих целей, согласно новой Военной доктрины Кыргызстана, будут привлекаться резервисты и частные охранные организации.
Предположительно это связано с тем, что Кыргызстан изучил опыт самого масштабного и кровопролитного за всю историю кыргызско-таджикских конфликтов на границе в сентябре прошлого года.
Так, по заявлению кыргызских спецслужб с таджикской стороны были задействованы иррегулярные формирования без военной формы одежды или без опознавательных знаков принадлежности к вооружённым силам.
По заявлению кыргызских властей, это могли быть, как иррегулярные таджикские формирования Фронта национального сопротивления Афганистана (возглавляет Ахмад Масуд, сын известного полевого командира Ахмад Шаха Масуда), офис которых находится под Душанбе, так и бывшие члены Объёдинённой таджикской оппозиции (ОТО), имеющие боевой опыт и объединённые в некий аналог частной военной организации.
Кроме того, в конфликте могли быть использованы многочисленные военнослужащие армии Афганистана, бежавшие от Талибана и переходившие границу, как Узбекистана, так и Таджикистана целыми подразделениями и в последующем интегрированные в т.н. ЧВК.
Общее командование, по их мнению, осуществлял начальник ОВД «Исфара-1» генерал-майор Искандарзода Махмудшо, бывший полевой командир ОТО («Шох Искадаров»).
Несмотря на то, что в кыргызской Военной доктрине заявлены пока только частные охранные организации, нельзя исключать того, что вскоре здесь могут быть созданы и частные военные компании.
В СМИ совсем недавно также прошла информация, что и в Узбекистан прибыли представители частной военной компании из Великобритании. С какими целями – неизвестно.
Также, между оборонными ведомствами Британии и РУз после в Лондоне был подписан план сотрудничества в оборонной сфере.
Всё это косвенно говорит о том, что в Кыргызстане и в Центральной Азии в целом, вероятно, идут поиски принятия оптимальных решений по созданию и легализации частных военных компаний.
Следует отметить, что данный вопрос рассматривался также в рамках ОДКБ. Так, ещё в 2018 году секретариат Парламентской ассамблеи ОДКБ был направлен проект модельного закона «О частной военно-охранной деятельности».
Предполагалось, что в случае его принятия, в национальном законодательстве ряда постсоветских стран появятся нормы, регулирующие деятельность коммерческих военизированных формирований.
Что касается Казахстана, то в настоящее время вопрос о частных охранных организациях регулирует Закон РК «Об охранной деятельности». Основными задачами охранной деятельности, согласно Закону являются:
1) защита жизни и здоровья физических лиц от преступных и иных противоправных посягательств;
2) защита имущества физических и юридических лиц от противоправных посягательств.
Частные охранные организации могут быть оснащены только гладкоствольным оружием (длинноствольным или короткоствольным).
Служебное нарезное оружие могут иметь только охранные организации, учрежденные национальными компаниями, осуществляющими свою деятельность в сфере магистральных железнодорожных сетей, магистральных трубопроводов, нефтеперерабатывающего производства и атомной энергии.
Кроме того, в зоне введения правового режима антитеррористической операции частные охранные организации обязаны по требованию наоборот приостановить охранную деятельность, а в отдельных случаях временно сдать оружие в правоохранительные органы.
Таким образом, мы видим, что в Казахстане всё жёстко регламентировано Законом, а речи о создании частных военных компаний не идёт.
Отдельные эксперты могут усмотреть элементы ЧВК в проекте Закона РК «О территориальной обороне РК» когда речь идёт формированиях самообороны из числа добровольцев (граждан РК, иностранцев или лиц без гражданства), что ассоциируется например с т.н. украинскими «добробатами» или российским «добровольческим корпусом» существующими за счёт частных средств.
Однако и здесь в проекте Закона РК чётко установлено, что формирования самообороны функционируют в общей системе территориальной обороны под руководством представителя органа военного управления, правоохранительного органа или местного исполнительного органа административно-территориальной единицы Республики Казахстан.
Также не стоит забывать и про соседний Китай ЧВК, которого могут в перспективе быть использованы в осуществлении безопасности объектов инфраструктуры инициативы «Одного пояса и одного пути», пишет издание «Евразия эксперт».
Одни из первых сообщений о возможном появлении китайских охранных компаний в Центральной Азии последовали вслед за погромом на китайской золотодобывающей фабрике в Кыргызстане.
Однако тогда появление охранных компаний КНР в Кыргызстане было названо не более чем политической фикцией, поскольку, если опираться на опыт китайских проектов в соседних странах региона, даже в случае возникновения чрезвычайной ситуации Пекин всегда стремился найти решение, не привлекая частные охранные компании.
Новые предположения об использовании Китаем охранных компаний в Центральной Азии появились на фоне вывода американских войск из Афганистана и центральноазиатского турне Ван И, состоявшегося в середине июля.
Это турне можно рассматривать в качестве миссии, направленной на поддержание региональной стабильности.
