Предстоящий этап переговоров по урегулированию украинского конфликта может вновь обострить противоречия между Россией и Североатлантическим альянсом.
Москва, вероятно, попытается добиться пересмотра военного присутствия НАТО в Восточной Европе, однако европейские государства не намерены отказываться от прежних принципов коллективной безопасности. Об этом сообщает британская газета «The Telegraph», со ссылкой на дипломатические источники.
Возвращение к требованиям России к США и НАТО 2021 года
В центре потенциальных разногласий находятся российские предложения по гарантиям безопасности, представленные США и НАТО в декабре 2021 года, незадолго до начала полномасштабного вооружённого конфликта на Украине.
Тогда Москва потребовала юридически закрепить отказ альянса от дальнейшего расширения на восток, исключить перспективу членства Украины и пересмотреть размещение иностранных вооружённых сил и военной инфраструктуры в европейских государствах, вступивших в НАТО после 1997 года.
Российская сторона рассматривает продвижение военной инфраструктуры альянса к своим границам как одну из основных причин ухудшения европейской безопасности.
Североатлантический альянс придерживается противоположного подхода.
В Брюсселе подчёркивают, что каждое государство вправе самостоятельно определять внешнеполитические приоритеты и выбирать механизмы обеспечения своей безопасности.
Именно это фундаментальное расхождение делает возможные договорённости особенно сложными.
Почему Москва хочет привлечь европейские страны к переговорам?
По информации «The Telegraph», российское руководство заинтересовано в расширении переговорного формата за счёт европейских государств.
Советник президента России Юрий Ушаков ранее указывал на необходимость участия Европы в обсуждении возможного урегулирования.
Однако, по оценке дипломатических источников британской газеты, Москва стремится использовать такой формат для постановки более широких вопросов о будущем НАТО.
Предполагается, что Владимир Путин может вновь потребовать сокращения военного присутствия альянса до уровня 1997 года.
Речь потенциально идёт об ограничении размещения иностранных подразделений и военной инфраструктуры НАТО в Польше, Эстонии, Латвии, Литве и Финляндии, которая присоединилась к организации в 2023 году.
При этом возвращение к параметрам военного присутствия 1997 года не означает автоматического исключения государств из НАТО или восстановления прежних политических границ.
Основной предмет возможных переговоров — военная инфраструктура, присутствие союзнических сил и ограничения на их дальнейшее размещение.
Для Москвы подобные условия могли бы стать частью более масштабной договорённости об архитектуре европейской безопасности.
Однако для государств Восточной Европы они означали бы пересмотр принципов оборонного планирования, на которых основывается их безопасность.
Почему НАТО не намерено идти на уступки?
Как утверждает издание, европейские правительства сохраняют позицию, сформулированную ещё в январе 2022 года.
Тогда НАТО официально отвергло российские предложения, предусматривающие прекращение дальнейшего расширения альянса и отказ от размещения вооружённых сил на его восточном фланге.
Вместе с тем Брюссель выразил готовность обсуждать контроль над вооружениями, меры военной транспарентности, предотвращение опасных инцидентов и восстановление каналов связи.
Эта позиция была изложена 26 января 2022 года генеральным секретарём НАТО Йенсом Столтенбергом после передачи Москве письменных предложений альянса.
Принципиальное значение имеет то, что европейские союзники рассматривают военное присутствие НАТО в Восточной Европе не как предмет односторонних уступок России, а как механизм защиты собственных территорий.
Особенно чувствителен этот вопрос для Польши, стран Балтии и Финляндии, которые непосредственно граничат с Россией либо Беларусью и выступают за сохранение гарантий коллективной обороны.
В результате позиции сторон фактически сталкиваются на уровне базовых представлений о безопасности: Москва требует ограничений военной активности Североатлантического альянса возле своих границ, тогда как альянс считает подобные ограничения потенциальным ослаблением защиты государств-членов.
Украинский конфликт и будущее европейской безопасности
Перспективы урегулирования украинского конфликта осложняются тем, что возможное соглашение затрагивает несколько взаимосвязанных направлений.
Первое — прекращение боевых действий и определение механизмов контроля за соблюдением договорённостей.
Второе — обеспечение долгосрочной безопасности Украины, включая возможные международные гарантии.
Третье — отношения России и НАТО, прежде всего вопросы расширения альянса, размещения вооружений и военной инфраструктуры в Европе.
По оценке британского издания, Москва может рассчитывать на определённые компромиссы по отдельным вопросам украинского урегулирования при условии выполнения её основных требований в сфере безопасности.
Однако европейские государства вряд ли согласятся на договорённости, которые существенно ограничат возможности коллективной обороны или право Украины самостоятельно определять внешнеполитический курс.
Это означает, что даже достижение прогресса по вопросам прекращения огня не гарантирует согласования более широкой архитектуры безопасности.
Где возможен компромисс?
Несмотря на принципиальные разногласия, потенциальные направления для переговоров сохраняются.
Прежде всего речь может идти о взаимных ограничениях на размещение отдельных категорий вооружений, механизмах предотвращения прямого столкновения России и НАТО, обмене информацией о крупных военных учениях и восстановлении каналов экстренной связи.
Подобные меры уже обсуждались до начала полномасштабных боевых действий на Украине, и в январе 2022 года альянс официально подтверждал готовность к соответствующим консультациям.
Однако технические договорённости по контролю над вооружениями не решают главного политического противоречия — вопроса о том, насколько далеко могут распространяться военные гарантии НАТО и какие ограничения на деятельность альянса Россия считает необходимыми.
Переговоры без гарантированного результата
Предстоящие дипломатические контакты способны создать возможности для снижения военной напряжённости, однако ожидать быстрого согласования всех спорных вопросов было бы преждевременно.
Российская Федерация стремится добиться пересмотра сложившейся системы безопасности в Европе, тогда как военный альянс намерено сохранить основополагающие принципы своего функционирования и обязательства перед государствами-членами.
Главным препятствием остаётся не отсутствие дипломатических контактов, а несовместимость исходных требований сторон.
Поэтому наиболее реалистичным промежуточным результатом переговоров могут стать отдельные договорённости о снижении военных рисков и повышении предсказуемости действий сторон.
Вопрос же о долгосрочной архитектуре европейской безопасности, вероятно, останется одним из наиболее сложных элементов любого будущего урегулирования украинского конфликта.
