В Центральной Азии снова обостряется разговор о воде — ресурсе, который ещё вчера казался бесконечным, а сегодня превращается в источник напряжённости, политического торга и скрытой конкуренции.
Профессор Саламат Аламaнов, доктор географических наук и президент Географического сообщества КР, в ходе круглого стола на тему водной проблематики в Дипакадемии КР заявил: без пересмотра принципов распределения воды регион будет постоянно балансировать на грани конфликта интересов.
Его мысль проста и при этом болезненно актуальна: существующие международные водные конвенции не учитывают интересы стран верхнего течения — Кыргызстана и Таджикистана, — а потому региону необходим собственный документ, основанный на реальных потребностях и справедливом балансе.
Когда международные правила работают против тебя
Сегодня на территории Кыргызстана формируется около 50 кубокилометров водных ресурсов в год, но ещё во времена СССР республика получала право использовать лишь около 12 кубокилометров. Эта схема сохранилась по инерции, хотя экономическая модель полностью изменилась.
По словам Аламанова, принципы «разумного использования», закреплённые в документах ООН и Хельсинкской конвенции, звучат красиво, но на практике дают преимущество только нижестоящим странам. Иными словами: Кыргызстану можно развиваться, но только в рамках старых ограничений.
Для республики это означает невозможность расширять орошаемые земли, запускать водоёмкие производства и строить новые гидроэнергетические объекты в том масштабе, который диктует национальная экономика.
Почему региону нужна своя водная конвенция
Кыргызский профессор убеждён: Центральная Азия должна сформулировать собственные правила игры.
Речь идёт не о конфликте, а о взаимовыгодной модели, где:
-
учитывается вклад каждой страны в формирование стока,
-
фиксируется «упущенная выгода» ретроспективно,
-
определяется реальный водный баланс,
-
вводится механизм компенсаций, если одна из сторон использует воду в ущерб другой.
Ситуация в регионе меняется. Инициативы Шавката Мирзиёева и более гибкая позиция Казахстана свидетельствуют о том, что политическая воля к диалогу появляется, хотя до практических решений путь ещё долгий.
Вода как геополитический фактор
По данным ООН, к 2050 году спрос на воду в Центральной Азии вырастет как минимум на 30%, а объём ледниковых запасов уже сократился на 20–30% в сравнении с серединой XX века. Это значит, что ресурса будет меньше, а конкуренция — выше.
Поэтому вопрос, поднятый Аламановым, выходит далеко за пределы академических обсуждений. Речь идёт о безопасности, экономике, энергетике, сельском хозяйстве и будущем 80 миллионов жителей региона.
«Я уже глубоко уверен в том, что наступит время, и политики тоже будут думать как ученые, в целом рассчитывая на разумное и справедливое использование водных ресурсов в нашем регионе, так как это на самом деле должно быть с точки зрения человечности», — заключил профессор Дипакадемии КР.
Главный вывод
Профессор Аламанов фактически говорит о необходимости пересоздания водной архитектуры региона. Международные документы задают рамки, но только Центральная Азия может написать правила, которые будут учитывать интересы всех — и тех, кто воду формирует, и тех, кто ей живёт.
Регион стоит перед выбором: продолжать жить по схемам прошлого века или создать собственный механизм водной справедливости, пока вода не стала новым источником конфликтов в многополярном мире.
Ранее мы публиковали мнение депутата Госдумы РФ, профессора «Высшей школы экономики» и соавтора Водной доктрины России Николая Николаева, где он заявил, что в условиях глобального изменения климата вода превращается в основной фактор безопасности и требует новой «водной дипломатии» и международных доктрин.
