Кризис вокруг Венесуэлы стал не просто очередной точкой напряжения на геополитической карте, а тревожным маркером новой эпохи, в которой международное право перестаёт быть сдерживающим фактором, а сила вновь подменяет правила.
Действия США сигнализируют о гораздо более широком сценарии давления — от Латинской Америки до Ближнего Востока, где на кону уже не только энергетика, но и сама архитектура глобальной безопасности. Об этом в интервью «Eurasia Today» заявил кыргызский эксперт по вопросам безопасности, ветеран спецслужб Нурлан Досалиев.
По его словам, события вокруг Венесуэлы сегодня являются не просто локальным кризисом, а наглядной демонстрацией фактического разрушения всей системы международных отношений.
«Мы видим откровенное попрание международного права и демонстративный отказ от тех правовых институтов, которые десятилетиями считались основой глобального порядка. Действия США ясно показали: международное право, решения ООН и существующие механизмы коллективной безопасности для них больше не являются сдерживающим фактором», — отмечает эксперт.
Это крайне тревожный сигнал прежде всего для государств, не входящих в западный блок. Несмотря на разговоры о Колумбии или других странах Латинской Америки, стратегический вектор давления направлен значительно шире. Вашингтон, безусловно, будет «наводить порядок» вблизи своих границ, однако ключевая угроза сегодня адресована именно тем странам, которые пытаются проводить независимую внешнюю политику.
В этом контексте особое внимание вызывает ситуация на Ближнем Востоке. Переброска авиации, военной техники и личного состава свидетельствует о том, что следующей целью может стать Иран. Противостоять такому сценарию Россия, Китай, Иран и другие государства способны лишь при одном условии — при жёсткой, открытой и скоординированной позиции. Полумеры и дипломатические экивоки здесь уже не работают.
К сожалению, сегодня нет уверенности в том, что такая координация возможна. Китай, Индия и ряд других стран, несмотря на внешнее согласие, в критический момент могут пойти по пути защиты исключительно собственных интересов, отступая от общей линии.
В этом случае все они рискуют потерпеть неудачу. История даёт чёткий пример: во время Второй мировой войны победа была достигнута именно благодаря единству, дисциплине и действию единым фронтом. Когда союзники следовали единой стратегии, результат был очевиден.
Если же страны, не входящие в западный блок, продолжат действовать разрозненно и несогласованно, их ожидает серьёзный кризис безопасности. В Центральной Азии, к примеру, реальными инструментами обеспечения стабильности остаются лишь ОДКБ и частично ШОС. Другие структуры в вопросах безопасности фактически не работают.
Что касается Венесуэлы, то разрозненные акции протеста, митинги и заявления в разных странах не оказывают серьёзного влияния на США. Для Вашингтона это не представляет ни политической, ни стратегической угрозы. Эффект возможен только в случае организованного, системного и финансово обеспеченного антиимпериалистического движения — подобного тому, что существовало в 1960–70-х годах, когда оно имело чёткую идеологию, поддержку и ресурсы.
Любая реальная борьба против империализма требует финансирования, вооружения, логистики и материальной базы. Без этого любые лозунги остаются лишь декларациями. Особое место в этом противостоянии занимает энергетический сектор.
Венесуэла долгие годы обеспечивала нефтью Кубу и ряд государств западного полушария, а также поставляла сырьё в Китай и другие страны. Стратегическая цель США — перекрыть эти потоки: спровоцировать кризис на Кубе, затормозить экономическое развитие Китая и одновременно обрушить мировые цены на нефть.
Низкие цены на нефть — это удар по всем странам-экспортёрам, прежде всего по России, а также по ряду государств Европы и арабского мира. Именно поэтому ключевой вопрос сегодня — как поведут себя страны ОПЕК и смогут ли они выработать согласованную позицию. От государств, обладающих реальными нефтяными ресурсами, действительно зависит баланс на мировом энергетическом рынке.
Страны же с ограниченными или отсутствующими запасами нефти и газа, при всей своей риторике и политической активности, объективно не способны повлиять на глобальную топливную картину. Их позиция может быть громкой, но стратегического веса в этом противостоянии она, к сожалению, не имеет.
