Экс-председатель кабмина Кыргызстана, доктор экономических наук, профессор Акылбек Жапаров, выступая на Кыргызско-Российском экономическом форуме в Чолпон-Ате, заявил, что в новой мировой экономике главными конкурентными преимуществами государств становятся скорость принятия решений и способность выдерживать внешние шоки.
Новая финансовая система уже формируется
Один из наиболее заметных сдвигов мировой экономики Жапаров связывает с постепенным изменением структуры международных расчётов.
Доллар сохраняет важнейшие позиции в мировой финансовой системе, однако государства всё активнее развивают альтернативные механизмы торговли в национальных валютах.
Для Евразии особенно показателен российско-китайский пример: подавляющая часть взаимных расчётов уже осуществляется без использования валют третьих стран.
Поэтому вопрос сегодня заключается уже не столько в возможности диверсификации, сколько в том, какой должна стать финансовая архитектура многополярной экономики. В своём выступлении Жапаров подчёркивает, что устойчивость валюты определяется доверием, качеством институтов, глубиной финансовых рынков и инфраструктурой международных расчётов.
Для Центральной Азии этот процесс имеет практическое значение.
Регион одновременно связан торговлей с Китаем, Россией, Европой, Турцией, Южной Азией и Ближним Востоком, поэтому зависимость от единственного платёжного канала сама по себе превращается в потенциальную уязвимость. Речь при этом необязательно идёт о полном отказе от доллара.
Более реалистичный путь — расширение расчётов в национальных валютах, развитие цифровых финансовых инструментов и создание нескольких взаимодополняющих платёжных механизмов, отмечает эксперт.
Однако административного решения для изменения валютной структуры недостаточно. Использование национальных валют требует доверия, предсказуемой денежно-кредитной политики, ликвидности, развитой банковской инфраструктуры и инструментов защиты бизнеса от валютных рисков.
Поэтому создание новой финансовой архитектуры должно идти одновременно с укреплением самих институтов. В противном случае национальные валюты останутся инструментом отдельных двусторонних сделок, а не основой устойчивой региональной системы, считает он.
Кыргызстан ускоряет реализацию крупных проектов
Другой ключевой тезис Жапарова заключается в том, что в современной экономике «быстрая рыба съедает медленную».
Для Кыргызстана скорость реализации решений превращается из характеристики государственного управления в самостоятельный фактор конкурентоспособности.
Экономика страны в последние годы демонстрирует высокие темпы роста, однако, как отмечает эксперт, сами по себе хорошие показатели ВВП ещё не гарантируют долгосрочного результата. Значительно важнее способность государства быстро переводить политические решения в реально работающие проекты.
Именно поэтому особое значение приобретает переход к реализации инициатив, которые обсуждались десятилетиями.
Среди них — железная дорога Китай—Кыргызстан—Узбекистан, строительство которой официально началось в декабре 2024 года, а также Камбаратинская ГЭС-1 и другие крупные транспортные и энергетические проекты.
Для Жапарова принципиально важно не только содержание этих проектов, но и сокращение временного промежутка между принятием решения и началом практической работы.
При этом новая дорога или электростанция ещё не создают экономического преимущества автоматически.
Можно сократить физическое время перевозки груза, но затем потерять его на таможне, банковских операциях, оформлении документов или страховании. Реальная скорость международного торгового маршрута определяется всей институциональной цепочкой.
Если хотя бы одно звено остаётся медленным и дорогостоящим, инвестиции в современную инфраструктуру не дают ожидаемого эффекта.
Именно поэтому, по мнению Жапарова, Кыргызстану необходимо одновременно модернизировать транспорт, таможенные механизмы, платёжную инфраструктуру и документооборот.
Устойчивость становится не менее важной, чем скорость
Однако события последних лет показывают, что одной скорости уже недостаточно. Современная экономика настолько взаимосвязана, что нарушение инфраструктуры в одном государстве способно вызвать последствия за тысячи километров от места кризиса.
Проблемы нефтепереработки могут изменить региональное предложение топлива, конфликты на морских маршрутах повышают стоимость страхования и перевозок, а нарушения логистических цепочек отражаются на производителях и потребителях сразу нескольких стран.
Жапаров определяет этот процесс как трансграничную передачу шоков и каскадное распространение рисков.
Поэтому для Кыргызстана и всей Центральной Азии необходимо создавать не только новые транспортные маршруты, но и систему их резервирования. Это предполагает диверсификацию поставок, стратегические запасы топлива и сырья, альтернативные платёжные механизмы, развитие трансграничного страхования и оперативного обмена информацией между государствами.
Чем теснее экономики региона связаны друг с другом, тем меньше устойчивость может оставаться исключительно национальной задачей. В исходном выступлении эта мысль сформулирована предельно ясно: взаимозависимость без координации распространяет уязвимость, а взаимозависимость, подкреплённая институтами, создаёт коллективную устойчивость.
Одновременно глобальная перестройка торговых маршрутов создаёт для Центральной Азии редкое окно возможностей.
Значение связей между Китаем, Россией, Центральной и Южной Азией, Кавказом и Ближним Востоком растёт, а Кыргызстан располагается непосредственно на пересечении нескольких перспективных направлений. Но география становится конкурентным преимуществом лишь тогда, когда её дополняют современные дороги и железные дороги, дешёвая энергия, быстрые пограничные процедуры и предсказуемые правила для бизнеса.
Главный вывод Акылбека Жапарова заключается в том, что в XXI веке конкурируют уже не только объёмы экономик и запасы природных ресурсов.
Всё сильнее конкурируют сами институциональные системы — их способность заранее видеть риски, превращать экспертные знания в решения, быстро мобилизовать ресурсы и восстанавливать нарушенные связи.
Скорость позволяет воспользоваться исторической возможностью, устойчивость — сохранить достигнутый результат. Поэтому к традиционным стратегическим ресурсам государства — территории, сырью и капиталу — добавляется ещё один: способность не терять время.
