От Афганистана к Каспию: как меняются главные угрозы для Евразии
События вокруг Ирана стали одним из наиболее значимых факторов, влияющих на систему международных отношений в Евразии. Последствия нынешнего кризиса выходят далеко за рамки Западной Азии (Ближнего Востока), затрагивая интересы России, стран Центральной Азии, Южного Кавказа и всего евразийского пространства.
Такое мнение высказала научный сотрудник Лаборатории исследований современных Центральной Азии и Кавказа Института востоковедения РАН Дарья Сапрынская на круглом столе в Бишкеке, посвященном международной ситуации и ее влиянию на регион Центральной Азии, — «Преемственность идей сопротивления и справедливого миропорядка: почему США и Израиль проиграли в войне против Ирана»
По ее словам, происходящие процессы уже сегодня меняют не только региональный баланс сил, но и формируют новые подходы к вопросам безопасности, транспортной связанности и суверенного развития государств.
Россия и Иран: стратегическое партнерство, проверенное временем
Как отмечает эксперт, отношения между Россией и Ираном в последние годы вышли на качественно новый уровень.
Речь идет не только о политическом взаимодействии, но и о формировании устойчивой модели сотрудничества, основанной на общих подходах к вопросам суверенитета, противодействия внешнему давлению и созданию альтернативных механизмов международного взаимодействия.
В числе ключевых направлений партнерства Сапрынская называет развитие международного транспортного коридора «Север – Юг», обеспечение безопасности Каспийского региона, энергетическое сотрудничество, военно-техническое взаимодействие, а также совместную работу по адаптации к санкционным ограничениям.
По мнению эксперта, кризис вокруг Ирана показал, что устойчивость Тегерана оказывает влияние не только на саму страну, но и на стабильность всей Евразии.
Афганистан больше не единственная проблема региона
На протяжении многих лет Афганистан рассматривался как главный источник угроз для Центральной Азии и всей региональной архитектуры безопасности.
Однако сегодня ситуация постепенно меняется.
По словам Сапрынской, наряду с традиционными рисками все больше внимания уделяется развитию транспортных коридоров, логистических маршрутов и инфраструктурных проектов, способных объединить государства Евразии.
В результате вопросы безопасности теперь тесно переплетаются с экономикой, транзитом и контролем над стратегическими коммуникациями.
Новая борьба за влияние в Евразии
Эксперт обращает внимание на то, что сегодня в регионе разворачивается масштабная конкуренция за контроль над транспортными коридорами, ресурсами и инфраструктурой.
Особенно заметны эти процессы на Южном Кавказе и в Каспийском бассейне.
На фоне обострения ситуации вокруг Ирана возрастают риски появления новых очагов напряженности, которые могут стать фактором долгосрочной нестабильности.
«Для Центральной Азии одним из наиболее чувствительных направлений становится Каспийское море», — считает Сапрынская.
По ее мнению, даже потенциальный перенос элементов военного противостояния в каспийское пространство заставляет Казахстан и Туркменистан уделять больше внимания вопросам военно-морской безопасности, охраны береговой линии и защиты торгового судоходства.
Центральная Азия изучает уроки современных конфликтов
Еще одним важным последствием кризиса стала активизация военных реформ в странах региона.
Эксперт отмечает, что Казахстан уже приступил к модернизации ряда направлений своей оборонной системы. Аналогичные процессы наблюдаются и в Узбекистане.
Все чаще в экспертной среде обсуждаются вопросы укрепления противовоздушной обороны, развития военно-морских компонентов безопасности, модернизации береговой инфраструктуры и закупок беспилотных летательных аппаратов.
По мнению Сапрынской, государства Центральной Азии внимательно изучают опыт современных конфликтов — от украинского кризиса до событий на Ближнем Востоке.
Иранский опыт может стать востребованным
Особый интерес для стран региона представляет опыт самого Ирана.
Несмотря на многолетнее санкционное давление и технологические ограничения, Тегеран сумел создать достаточно эффективную систему обороны, основанную на развитии собственных беспилотников, многоуровневой системы противовоздушной обороны и ракетных технологий.
Как считает эксперт, после завершения активной фазы нынешнего кризиса этот опыт может вызвать серьезный интерес у государств Центральной Азии.
Для многих стран региона особенно актуальны мобильные, сравнительно недорогие и адаптивные системы обеспечения безопасности, которые можно быстро интегрировать в существующую оборонную инфраструктуру.
Время коллективной устойчивости
По мнению Дарьи Сапрынской, если для самого Ирана нынешний кризис стал испытанием на сохранение государственного и политического суверенитета, то для Центральной Азии он стал поводом для переосмысления собственных подходов к безопасности.
В условиях растущей глобальной нестабильности особое значение приобретают механизмы коллективного взаимодействия.
Именно поэтому возрастает роль таких международных объединений, как Шанхайская организация сотрудничества (ШОС), Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ) и БРИКС.
«Сегодня государства региона все больше нуждаются не только в национальных механизмах защиты, но и в развитии коллективной устойчивости перед новыми вызовами», — подчеркивает эксперт.
По ее мнению, кризис вокруг Ирана стал не просто очередным региональным конфликтом, а важным сигналом для всей Центральной Азии о необходимости готовиться к новым реалиям формирующегося мирового порядка.
