Саудовская Аравия официально присоединилась в качестве партнера по диалогу к Шанхайской организации сотрудничества – ключевой организации в области международной безопасности на евразийском пространстве. Что это значит и почему арабские страны стремятся в ШОС разбирался политобозреватель ИАЦ МГУ Артёма Адрианов.
Решение стало для многих сюрпризом, однако меморандум о присоединении к организации КСА подписало еще на саммите в Самарканде в середине сентября. Аналогичный документ тогда также подписали Катар и Египет. Кроме того, было объявлено о начале работы над предоставлением статуса партнеров по диалогу ОАЭ, Бахрейну и Кувейту.
Таким образом, в будущем в работе ШОС в той или иной форме будут участвовать все страны Совета сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ), кроме Омана, традиционно придерживающегося нейтралитета во внешней политике.
Хотя ШОС изначально была создана как постоянный формат сотрудничества России, Китая и стран Центральной Азии, со временем организация расширилась далеко за пределы этого региона.
В качестве полноправных членов в нее в настоящее время входят Индия и Пакистан, а также Иран, полностью завершивший процедуру вступления в начале февраля 2023 года. Статусом партнера по диалогу обладают Турция, Азербайджан, Армения, Шри-Ланка, Камбоджа и Непал.
Расширялись не только география, но и функционал организации. Если изначально она занималась в основном борьбой с терроризмом, экстремизмом и сепаратизмом, то со временем важным направлением стало развитие торгово-экономического и энергетического сотрудничества.
Россия и КНР также стали видеть в ШОС аналог БРИКС – площадку для диалога и принятия совместных решений стран, недовольных западной моделью глобализации и доминированием Запада в международных отношениях.
Тем временем страны ССАГПЗ стали всё больше убеждаться в необходимости диверсификации своей внешней политики: регион перестал быть внешнеполитическим приоритетом США, которые ранее обеспечивали его стабильность.
Со времен президентства Барака Обамы Вашингтон стал всё больше фокусироваться на сдерживании КНР в Восточной Азии. Ярким проявлением этого стала вялая реакция США на атаки со стороны хуситов и Ирана на НПЗ в районах Абкайк и Хурайс в Саудовской Аравии в 2019 году.
В свете угрозы со стороны Ирана страны ССАГПЗ стали искать новые форматы обеспечения собственной безопасности и новых партнеров – и нашли их в лице России и Китая.
Участие России в сирийской кампании значительно повысило роль Москвы на Ближнем Востоке, которую стали рассматривать в качестве альтернативы американскому присутствию.
Одновременно с этим КНР в 2010-х годах смогла стать главным торговым партнером и основным покупателем нефти стран ССАГПЗ.
Как указывают саудовские эксперты, «благосостояние саудовского народа теперь зависит от торговых отношений с Восточной Азией во главе с Китаем».
КНР при этом имеет тесные связи с Тегераном, благодаря чему может оказывать серьезное влияние на процессы в регионе. Долгое время Китай отказывался конвертировать экономический потенциал своих дружеских связей в политические выгоды, однако в 2023 году начал менять свою политику.
Ярче всего это продемонстрировало недавнее посредничество КНР в восстановлении саудовско-иранских отношений. 10 марта в Пекине Саудовская Аравия и Иран объявили о намерении возобновить дипломатические отношения в течение ближайших двух месяцев и прекратить вмешательство во внутренние дела друг друга.
По сообщениям СМИ, участие в саудовско-иранской нормализации также принимала и Россия, с 2000-х годов активно продвигающая концепцию инклюзивной коллективной безопасности в зоне Персидского залива.
На рост влияния России и Китая в Персидском заливе наложился конфликт США и Саудовской Аравии. Его причиной стало размывание фундамента союза двух стран, заложенного еще в 1940-е годы.
Саудовская Аравия больше не является гарантом энергетической безопасности США – после «сланцевой революции» они сами обеспечивают себя нефтью, – а Вашингтон всё меньше видит себя в роли гаранта безопасности Эр-Рияда.
Серьезным ударом по саудовско-американскому союзу стали обвинения США в адрес наследного принца Мохаммеда бин Салмана в организации убийства журналиста Джамаля Хашогги, а в 2022 году к этому добавились противоречия по поводу цен на нефть и влияния ОПЕК+ на нефтяной рынок. Саудовскую Аравию также стала тревожить перспектива ограничений на поставки американских вооружений, за которые выступает ряд конгрессменов.
В результате участие в работе ШОС представляется идеальной возможностью для стран Залива: с одной стороны, они получают площадку для обсуждения вопросов безопасности с Россией и КНР, а также Ираном – ключевым соперником страны ССАГПЗ в регионе.
С другой стороны, арабские страны показывают США, что если они продолжат попытки давления или будут продолжать снижать свое присутствие в регионе, им быстро найдут замену.
