Ситуация в Сирии вновь обостряется, вызывая тревогу как в регионе, так и за его пределами. Начало 2025 года может ознаменоваться новым витком эскалации сирийского конфликта, обусловленного как внутренними противоречиями, так и усилением внешнего давления со стороны ключевых игроков.
Так считает российский эксперт, доцент кафедры международного бизнеса Факультета международных экономических отношений Финансового университета при Правительстве РФ Игорь Матвеев.
Внутренние и внешние причины нестабильности в Сирии
Ситуация в Сирии на первый взгляд кажется неожиданной, однако при детальном анализе она отражает комплекс внутренних и внешних факторов, накопившихся с 2017–2018 годов.
Именно тогда сирийскому правительству при поддержке России, Ирана и ливанских союзников удалось существенно ослабить позиции террористических группировок и оппозиции. Это породило оптимизм в обществе и надежды на скорейшее восстановление страны, пишет эксперт.
Однако эти ожидания не оправдались. Санкции Запада, усиленные действием «Акта Цезаря», парализовали экономику, не позволив приступить к реальному восстановлению инфраструктуры и социальной сферы.
Кроме того, нормализация отношений Сирии с арабскими странами, достигнутая в мае 2023 года на саммите Лиги арабских государств, также не принесла ожидаемых результатов.
Страны Залива, включая Саудовскую Аравию и ОАЭ, отказались от инвестиций в Сирию из-за угрозы американских вторичных санкций.
Ситуация осложнилась и неудачей переговоров с Турцией. Дамаск занял жесткую позицию, требуя полного вывода турецких войск из северных районов страны, в то время как Анкара не готова уступить контролируемые территории. Таким образом, внутренние противоречия и внешнее давление привели к затяжному кризису, который готов перерасти в новую фазу противостояния, рассуждает аналитик.
Турция: главный выгодоприобретатель сирийского конфликта
По мнению эксперта, cобытия в Сирии невозможно анализировать в отрыве от роли Турции, которая остается ключевым внешним игроком.
С самого начала конфликта Анкара поддерживала сирийскую оппозицию, в том числе создавая на своей территории альтернативные органы власти и вооружая оппозиционные формирования.
В настоящее время турецкая политика преследует несколько целей:
- Контроль за природными ресурсами: Турецкая Республика стремится закрепиться на севере Сирии, где расположены важные месторождения и экономические центры, такие как Алеппо. Переход на турецкую лиру в этих районах открывает путь к экономической интеграции региона с Турцией.
- Ослабление курдских формирований: для Анкары сирийские курды представляют экзистенциальную угрозу. Операции против курдов не только укрепляют национальную безопасность Турции, но и способствуют консолидации турецкого влияния в регионе.
- Экономическая выгода: в условиях глубокого экономического кризиса внутри страны, с высокой инфляцией и обесцениванием лиры, доступ к сирийским ресурсам становится для Турции стратегической необходимостью.
Тем не менее, не все оппозиционные силы на севере Сирии полностью контролируются Анкарой. Авангард наступления, представленный группировкой «Тахрир аш-Шам», имеет тесные связи с Катаром, что создает временный тактический союз оппозиционных группировок.
Роль США и Израиля в сирийском кризисе
Соединённые Штаты и Израиль не остаются в стороне от развития ситуации в Сирии, хотя их вмешательство имеет разный характер и цели, считает Матвеев.
Соединенные Штаты сохраняют свое присутствие на востоке страны, особенно в районах, где расположены нефтяные месторождения в провинции Дейр эз-Зор. Поддерживая курдские формирования, Вашингтон стремится:
- Ограничить влияние Ирана и сирийского правительства в стратегически важных районах;
- Поддерживать давление на Дамаск с целью дальнейшей изоляции режима Башара Асада;
- Сохранить возможность для политического маневра в будущем.
Израиль, в свою очередь, сосредоточен на обеспечении собственной безопасности и предотвращении усиления радикальных группировок в Сирии. Операции на сирийской территории координируются с американскими интересами и направлены на:
- Создание буферной зоны за пределами Голанских высот;
- Ослабление позиций Ирана и его союзников;
- Поддержание политического контроля в зоне своего влияния.
Ситуация на Голанских высотах остается крайне напряженной, а действия Израиля в регионе могут привести к дальнейшей дестабилизации, полагает эксперт.
Перспективы новой власти и внешнеполитическая неопределенность
Смена власти в Дамаске, если она произойдет в ближайшее время, не гарантирует стабилизации ситуации.
Оппозиционные группировки, получившие поддержку извне, вряд ли способны проводить самостоятельную и независимую политику. Их зависимость от Турции и других внешних акторов ставит под сомнение возможность установления прочного мира.
Наиболее вероятным сценарием остается:
- Усиление противоречий между различными оппозиционными группировками;
- Обострение борьбы за власть и ресурсы;
- Возобновление гражданской войны с новой силой.
Все это может привести к очередному витку насилия и гуманитарному кризису, последствия которого выйдут далеко за пределы региона.
Ситуация в Сирии складывается крайне тревожно и непредсказуемо. Внутренние экономические проблемы, внешнее давление и неразрешенные территориальные споры создают благодатную почву для новой эскалации конфликта.
Турция, США и Израиль преследуют собственные интересы, что только усугубляет положение Дамаска и лишает его шансов на самостоятельное восстановление.
По мнению Игоря Матвеева, начало 2025 года может стать критическим моментом для Сирии. Регион ожидают новые потрясения, ожесточенная борьба за власть и дальнейшая фрагментация страны.
В условиях продолжающейся нестабильности именно внешние акторы будут определять судьбу Сирии, что делает перспективы мирного урегулирования все более отдаленными
