За последнюю неделю на приграничных территориях Таджикистана были совершены два вооружённых нападения из Афганистана, в результате которых погибли пять граждан Китая и ещё пятеро получили ранения.
Эти инциденты усилили тревогу Душанбе и Пекина относительно активности террористических группировок на севере Афганистана и подтолкнули к новым мерам безопасности и дипломатическим контактам.
О том почему нападения произошли именно сейчас и кто может за ними стоять в своей аналитической статье пишет эксперт, политический обозреватель Косим Бекмухаммад.
Посольство Китая в Душанбе призвало все китайские компании и граждан, работающих в приграничных районах Таджикистана, покинуть эти территории.
Президент Таджикистана Эмомали Рахмон провел рабочее совещание с руководителями силовых и правоохранительных структур страны, на котором решительно осудил незаконные и провокационные действия граждан Афганистана на границе с Таджикистаном и поручил ответственным лицам принять эффективные меры для недопущения повторения подобных инцидентов.
Кроме того, впервые за четыре года после возвращения талибов к власти состоялся телефонный разговор министров иностранных дел Таджикистана и Талибана, в ходе которого обсуждались вопросы пограничной безопасности и укрепление стабильности в регионе.
Тем временем информационное агентство «Reuters» сообщило, что Таджикистан обсуждает с ОДКБ вопрос привлечения российских военнослужащих к совместному патрулированию таджикско-афганской государственной границы.
Однако в среду вечером МИД Таджикистана выступило с заявлением, где говорится, что публикация «Reuters» не соответствует действительности и в заблуждение международную аудиторию. В указанном заявлении подчеркивается, что ситуация на государственной границе Таджикистана остаётся стабильной и находится под полным контролем компетентных органов страны.
Северный Афганистан — убежище для террористических группировок
В северных провинциях Афганистана, включая Бадахшан, Тахар, Кундуз и Баглан, действует большое количество террористических групп, полный контроль над которыми выходит за рамки возможностей движения «Талибан».
Чем более нестабильна обстановка в этих регионах, тем больше выгоды получают подобные группы. С этой точки зрения улучшение отношений между Таджикистаном и Талибаном противоречит интересам таких террористических структур, как «Вилаят Хорасан», «Ансаруллах», «Исламская партия Туркестана» и других.
По этой причине нападения на территорию Таджикистана усиливаются именно в момент, когда дипломатические контакты между Душанбе и Кабулом начинают формироваться. Их цель -подчеркнуть слабость талибов в контроле над афганской территорией и продемонстрировать их неспособность обеспечить безопасность границы с Таджикистаном, что должно вынуждать Душанбе рассматривать Кабул как источник угроз.
Нападения на китайских граждан в приграничных районах Таджикистана также неслучайны. Китай — ключевой игрок в Центральной Азии и Афганистане, играющий важную роль в развитии инфраструктуры.
Террористические группы, особенно «Вилаят Хорасан», рассматривают Китай как идеологического врага под предлогом «угнетения мусульман уйгуров» и недовольны его сотрудничеством с правительствами стран региона. Поэтому атаки на китайских граждан могут быть направлены на провоцирование международной реакции, подрыв инвестиций и ослабление позиций Китая в Центральной Азии.
Кроме того, Китай является крупнейшим иностранным инвестором в Афганистане, особенно в сфере добычи полезных ископаемых. С этой точки зрения атаки на китайцев означают и удар по талибам. Ослабление позиций Китая может сделать талибов более уязвимыми, что, по-видимому, понимают и сами власти Кабула. Поэтому вероятно, что талибы будут активнее принимать меры по контролю над группировками на севере Афганистана.
Какие группы могут стоять за нападениями?
Талибы осудили эти атаки, обвинив в них силы, стремящиеся посеять хаос и недоверие между странами региона, но называть их не стали. Однако наиболее вероятными исполнителями являются немногие террористические группы, способные осуществлять операции в пограничной зоне Таджикистана и Афганистана.
На первом месте «Вилаят Хорасан», которая за последние годы подвергала систематическим атакам китайские объекты и граждан в Афганистане и Пакистане. Нападение на китайцев в приграничном районе Таджикистана может преследовать цель подорвать доверие Душанбе к способности талибов контролировать ситуацию.
Также причастными могут быть «Ансаруллах» и «Исламская партия Туркестана». «Ансаруллах» ориентирован на дестабилизацию таджикско-афганской границы, а «Исламская партия Туркестана» отличается выраженной антикитайской мотивацией. Возможно, эти группы, а также отдельные командиры талибов, лишённые доходных возможностей в сфере добычи полезных ископаемых и контрабанды, могли взаимодействовать в организации нападений.
Интересы внешних игроков
Нестабильность на афганско-центральноазиатской границе частично отвечает краткосрочным геополитическим интересам некоторых внешних игроков, но в целом несёт серьёзные риски для большинства из них.
Центральная Азия является зоной жизненных интересов России, что обусловлено геополитическими, экономическими и историческими факторами. По этой причине Москва не может оставаться нейтральной по отношению к событиям в сфере безопасности в регионе. С другой стороны, террористические вылазки извне против членов ОДКБ даёт Москве легитимную основу для усиления своего военного присутствия в Центральной Азии.
Учитывая недавний саммит лидеров стран Центральной Азии и США, заключение многомиллиардных контрактов, а также амбициозные планы Вашингтона по освоению жизненно важных ресурсов региона, выглядит маловероятным заинтересованность этой страны в нестабильности в Центральной Азии на данном этапе.
С другой стороны, такие инциденты, как нападения террористических группировок из Афганистана на страны Центральной Азии, могут быть использованы Вашингтоном как аргумент в пользу расширения взаимодействия в сфере разведки и антитеррора.
Пакистан, несмотря на обострение отношений с талибами, едва ли причастен к нападениям на китайских граждан в Таджикистане, поскольку Китай — стратегический партнёр Исламабада, а его экономика существенно зависит от китайских инвестиций. Поддержка атак на китайцев противоречила бы основным интересам Пакистана, особенно на фоне напряжённости в отношениях с Индией.
Китай, в свою очередь, скорее всего активизирует дипломатические усилия, а также расширит сотрудничество в сфере безопасности и обмена разведданными с центральноазиатскими странами, особенно с Таджикистаном, имеющим самую протяжённую границу с Афганистаном.
В целом можно сделать вывод, что серия недавних нападений на китайских граждан в приграничных районах Таджикистана продемонстрировала усиление угроз со стороны террористических группировок, действующих на севере Афганистана. В таких обстоятельствах взаимодействия стран Центральной Азии в области безопасности, а также роль ОДКБ и ШОС должны стать более значимыми, чем когда-либо.
