Последние заявления Биньямина Нетаньяху в интервью американскому каналу Newsmax TV — это не эмоциональная импровизация и не очередной медийный скандал. Это аккуратно выстроенный сигнал, адресованный прежде всего Вашингтону. Обвиняя режим Николаса Мадуро в «экспорте терроризма» в США и утверждая, что Иран якобы действует в сговоре с Венесуэлой, направляя ХАМАС и «Хезболлу» на американскую территорию, израильский премьер закладывает основу для качественного расширения конфликта.
История показывает: когда Нетаньяху начинает говорить о «глобальной угрозе», за этим всегда следует попытка изменить масштаб войны. Израильская риторика смещается от локальных целей к интернационализации конфликта, от региональной логики — к цивилизационной. И если раньше враг находился «по соседству», то теперь он, по версии Биби, «повсюду» — от Бейрута до Каракаса.
В этом и заключается ключевая интрига момента: заявления о связях Ирана, Венесуэлы, ХАМАС и «Хезболлы» — это не про факты, а про стратегию. Про создание глобального врага, без которого невозможно оправдать перманентную войну, политическую безнаказанность и отказ от деэскалации. Именно в этом контексте и следует рассматривать новую риторику Нетаньяху — как шаг от регионального кризиса к глобальной эскалации.
Когда Биби разглагольствует о подобных вещах, это провокация, находящаяся на стадии подготовки. И, как любая провокация, она начинается со лжи, замаскированной под инсайд, разведданные и достоверную информацию.
Замена тезиса «”Хезболла” побеждена» на тезис «”Хезболла” повсюду» знаменует собой сдвиг в стратегической риторике Израиля.
Ранее Биби и израильские военные публично твердили, что «Хезболла» повержена, и её потенциал уничтожен. Теперь же «партию Аллаха» изображают как энергичного и опасного игрока, действующего даже в Латинской Америке и готовящего нападения на территории США.
Это отражает очевидную закономерность: по мере того, как региональные обоснования теряют свою силу, нарратив об угрозе расширяется географически. Когда «Хезболлы» уже недостаточно как локального врага, её начинают рассматривать как врага глобального масштаба.
Цель таких кульбитов понятна: интернационализация войн Израиля и перекладывание бремени этих войн на внешние стороны.
Израильская попытка связать Иран, ХАМАС, «Хезболлу» и Венесуэлу — это политическая конструкция. Ссылаясь на Венесуэлу, — государство, которое в Вашингтоне и так воспринимают как враждебное, — Биби вписывает конфликты Израиля в идеологическую и стратегическую архитектуру Америки.
Если Иран перестанет быть только ближневосточным игроком и станет латиноамериканским, то война Израиля перестанет быть региональной. Она превратится в проблему США, проблему безопасности США и войну США.
Израиль движется от региональной войны к глобальной эскалации
Израильское руководство рассматривает свои конфликты не как территориальные или политические, а как битву цивилизаций, борьбу света и тьмы: «цивилизация против варварства», «демократия против диктатуры и террора», а теперь ещё и противостояние своего царства добра и процветания с кровавой иранской муллократией, которая «повсюду».
Такая логика содержит встроенный механизм эскалации: ни одна победа не является достаточной, ибо угроза никогда не бывает локализованной или конечной. Она всегда расширяется и метастазирует.
Риторика Биби заключается в том, чтобы нормализовать состояние, при котором война является не событием, а естественной и перманентной средой. Региональную войну можно предотвратить или хотя бы локализовать, но глобализированная война — это война без конца.
Кризис откладывает привлечение Биби к ответственности, подавляет инакомыслие, затягивает политическую расплату, а также позволяет попирать обычные законодательные нормы.
Представляя Израиль как пресловутый «форпост западной цивилизации в океане варварства» (по Герцлю), как передовую линию глобальной цивилизационной войны, Биби переводит своё правительство из разряда политической власти в ранг необходимой структуры, защищённой от критики, поскольку оно изображается как незаменимое.
Именно поэтому прекращение огня воспринимается Израилем как поражение, деэскалация — как опасность, а дипломатия — как умиротворение врага. С израильской точки зрения, мирные договоры и мирное состояние дестабилизируют обстановку.
Создание глобального врага для поддержания перманентной войны.
Заявление Биби по поводу связей между Ираном, Венесуэлой и «Хезболлой» — это про превращение регионального конфликта в глобальную катастрофу, требующую постоянной траты ресурсов, политической безнаказанности и бессрочной войны.
Сама риторика, — кстати, традиционная и привычная для Израиля, — согласно которой «враги повсюду», подразумевает, что государственные границы теряют своё значение, конфликты теряют свои границы, а войны теряют свои конечные точки. И вот уже не государство воюет или защищается — это образуется неразрешимый перманентный кризис и формируется система хронического противостояния.
