В Тегеране последние события в Персидском заливе рассматривают как прямое следствие политики военного давления Соединённых Штатов.
Очередной виток напряжённости начался после действий американских сил против гражданского судоходства в регионе, которое Исламская Республика считает нарушением норм международного права и свободы навигации.
Согласно заявлениям, распространённым иранскими и близкими к ним региональными СМИ, американские военные предприняли незаконные действия против нефтяного танкера в международных водах под предлогом контроля морских перевозок и соблюдения режима санкций. Соединённые Штаты атаковали машинное отделение судна под флагом Ботсваны, направлявшегося к острову Харг.
В ответ на этот акт агрессии Исламская Республика Иран также нанесла ракетный удар по американо-сионистскому судну «Паная» вблизи Ормузского пролива.
В Тегеране подобные шаги называют элементом экономической войны, направленной на ограничение экспорта энергоресурсов и подрыв национальной экономики страны.
Иранское руководство традиционно подчёркивает, что безопасность судоходства в Персидском заливе и Ормузском проливе не может обеспечиваться внешними державами.
По мнению официального Тегерана, присутствие американских военно-морских сил в регионе является главным фактором нестабильности, тогда как региональные государства способны самостоятельно гарантировать безопасность морских коммуникаций.
После сообщений о действиях американских военных Исламская Республика, по данным местных источников, предприняла серию ответных мер против объектов, которые связываются с военным присутствием США и их союзников.
В иранских публикациях подчёркивается, что речь идёт не о начале войны, а о реализации концепции «активного сдерживания», которая стала основой оборонной доктрины Исламской Республики после выхода США из ядерной сделки в 2018 году.
Особое внимание в Тегеране уделяют американским базам, расположенным в странах Персидского залива.
Иранские аналитики неоднократно заявляли, что именно эти объекты в случае кризиса рассматриваются как законные военные цели.
Арабские источники сообщили о взрывах в городе Аль-Саррах на юге Кувейта, а также на авиабазе Али-Салем, где дислоцированы американские войска, и о том, что база Арифджан также подверглась обстрелу баллистическими ракетами.
Министерство обороны Кувейта выступило с заявлением: «Мы подвергаемся атаке вражеских ракет и беспилотников. Системы ПВО поразили вражеские цели. Граждане должны прислушаться к рекомендациям соответствующих властей по вопросам безопасности».
Были и сообщения о работе систем противовоздушной обороны в Кувейте и Бахрейне, а также о взрывах возле объектов, связанных с американским военным присутствием Соединённых Штатах. Атаки были нанесены по базе Аль-Джифри и штабу Пятого флота ВМС США в Бахрейне.
Штаб-квартиры антииранских террористических и сепаратистских группировок в Эрбиле, центре иракского Курдистана, в течение нескольких часов подвергались обстрелу со стороны Исламской Республики Иран. Данную информацию подтвердило и Центральное командование США.
Военные суда в водах у побережья ОАЭ подверглись обстрелу ракетами и беспилотниками.
В Тегеране также подчёркивают, что любые военные действия против ИРИ способны затронуть всю инфраструктуру Персидского залива. Речь идёт не только о военных объектах, но и о ключевых маршрутах поставок нефти и газа, через которые проходит значительная часть мирового энергетического экспорта.
Именно поэтому Ормузский пролив продолжает рассматриваться иранским руководством как важнейший стратегический рычаг сдерживания.
Отдельным направлением операций, согласно публикациям иранских и иракских источников, стали удары по объектам в иракском Курдистане.
Власти Ирана на протяжении последних лет обвиняют ряд группировок, базирующихся в этом регионе, в сотрудничестве с иностранными спецслужбами и участии в антииранской деятельности. Тегеран неоднократно требовал от Багдада ликвидировать подобную инфраструктуру у своих границ.
Иранские эксперты считают, что нынешний кризис демонстрирует переход региона в новую фазу противостояния, где прямое давление на Исламскую Республику неизбежно вызывает симметричный или асимметричный ответ.
В Тегеране подчёркивают, что политика санкций, военно-морских операций и силового давления не привела к изменению курса страны, а лишь укрепила её ставку на развитие ракетных технологий, беспилотной авиации и региональных союзов.
С точки зрения иранского руководства, единственным способом предотвращения дальнейшей эскалации остаётся отказ внешних игроков от политики угроз и признание права государств региона самостоятельно определять архитектуру безопасности Персидского залива.
