Электроэнергетика Центральной Азии сегодня стоит на важном энергетическом распутье. Несмотря на внушительный природный потенциал в сфере возобновляемых источников энергии (ВИЭ), регион по-прежнему в значительной степени зависит от ископаемого топлива.
Каковы причины такой стагнации, какие страны демонстрируют прогресс, и что необходимо сделать для устойчивого перехода к «зелёной» энергетике, пишет ИА «Asia-Plus».
IRENA: рост есть, но система инертна
Международное агентство по возобновляемым источникам энергии (IRENA) в своём свежем ежегодном отчете Renewable Capacity Statistics 2025 представило развернутую картину глобального и регионального развития ВИЭ.
Согласно данным агентства, в 2015–2024 годах страны Центральной Азии в целом нарастили установленную мощность объектов ВИЭ с 13 324 до 19 583 МВт — рост составил 47%.
Однако структура энергосистемы осталась прежней — доминируют уголь, газ и в меньшей степени нефть.
Узбекистан: лидер по темпам роста
Безусловным лидером в регионе по темпам внедрения ВИЭ стал Узбекистан, увеличивший свою установленную «зеленую» мощность в 2,7 раза — с 1250 МВт в 2015 году до более чем 3400 МВт к 2024-му.
В стране появились масштабные проекты:
-
солнечные электростанции — 2275 МВт;
-
гидроэлектростанции — 511 МВт;
-
ветроэнергетика — 500 МВт.
Доля ВИЭ в структуре энергосектора выросла с 14,2% до 24,4%. Узбекистан также сотрудничает с международными игроками: Masdar (ОАЭ), Total Eren (Франция), ACWA Power (Саудовская Аравия), развивая механизмы частных инвестиций в ВИЭ через тендеры.
Казахстан: ставка на ветер и солнце
Казахстан, как крупнейшая экономика региона, также демонстрирует позитивную динамику. С 2807 МВт в 2015 году установленная мощность ВИЭ выросла до 5419 МВт в 2024 году (+93%).
Основные драйверы:
-
ветровая энергетика — 1336 МВт;
-
солнечная — 1139 МВт;
-
новые малые и средние ГЭС — 132 МВт.
Однако доля ВИЭ в энергобалансе страны составляет лишь 22%, в то время как угольные ТЭС продолжают генерировать более 60% всей электроэнергии.
Казахстан разработал стратегию по достижению углеродной нейтральности к 2060 году, но её реализация требует технологической и инвестиционной модернизации.
Таджикистан: гидропотенциал без диверсификации
Таджикистан остаётся лидером по доле ВИЭ в общем энергобалансе. В основном за счёт гидроэнергетики — на неё приходится 88,9% установленной мощности, несмотря на снижение с 92,2% в 2015 году.
В абсолютных цифрах страна увеличила мощность с 4957 до 5738 МВт, в основном за счёт восстановления и модернизации существующих ГЭС.
Согласно Министерству энергетики РТ, в весенне-летний период до 98% всей электроэнергии производится за счёт воды.
Но по данным официальной статистики за 2024 год, 92,6% электроэнергии сгенерировано ГЭС, при этом доля солнечной генерации остается крайне низкой — всего 1,2 млн кВт*ч.
Кыргызстан: стагнация и дефицит
В Кыргызстане ситуация обратная. За 2015–2024 годы установленная мощность ВИЭ снизилась с 3677 до 3258 МВт (-11,4%).
Основная причина — износ и частичная остановка ГЭС.
Доля ВИЭ в энергобалансе сократилась с 85,3% до 77,9%. В условиях энергетического дефицита страна активно рассматривает проекты солнечных электростанций, включая сотрудничество с «Saudi ACWA Power».
Туркменистан: отставание и отсутствие системного подхода
В Туркменистане установленная мощность ВИЭ составляет лишь 2 МВт. Хотя страна обладает значительным потенциалом солнечной и ветровой энергии, её энергосистема по-прежнему практически полностью базируется на газе.
Долгосрочные планы по переходу к «зелёной» энергетике отсутствуют в публичной плоскости.
Потенциал ВИЭ: неизведанный резерв
По оценкам Университета Центральной Азии, гидроэнергетический потенциал региона составляет около 542 млрд кВт*ч в год:
-
Таджикистан — 317 млрд кВт*ч;
-
Кыргызстан — 142 млрд кВт*ч;
-
Казахстан, Узбекистан, Туркменистан — суммарно 83 млрд кВт*ч.
Используется лишь малая доля: Таджикистан — около 5%, Кыргызстан — чуть более 10%.
Солнечная энергетика:
-
Казахстан: потенциал — 3,76 млн МВт;
-
Туркменистан — до 210 тыс. МВт;
-
Узбекистан — около 180 тыс. МВт;
-
Кыргызстан и Таджикистан — скромнее, но подходящий для локальных проектов.
Ветроэнергетика:
-
Казахстан: до 354 тыс. МВт;
-
Узбекистан и Туркменистан — локальные зоны;
-
Кыргызстан — возможности ограничены рельефом.
Геотермальный ресурс:
-
Казахстан — 54 тыс. МВт;
-
Узбекистан — около 1 тыс. МВт.
Биоэнергетика:
На базе сельхозотходов может использоваться в труднодоступных и энергодефицитных регионах, особенно в Южном Казахстане, Ферганской долине и Нарынской области.
Основные препятствия на пути прогресса
Ключевые причины медленного перехода к ВИЭ:
-
устаревшая инфраструктура советского образца;
-
нехватка межгосударственной координации;
-
ограниченный доступ к финансированию;
-
слабая институциональная база;
-
нехватка локальных кадров.
Решения и перспективы ускорения энергетического перехода ЦА
Для ускорения энергетического перехода Центральной Азии необходимы:
-
разработка национальных дорожных карт по ВИЭ;
-
создание региональных рынков электроэнергии;
-
модернизация сетей и внедрение систем накопления энергии;
-
международное партнёрство (IFC, EBRD, ADB);
-
механизм «зелёных» облигаций и субсидий.
Особо важно развивать трансграничные проекты, включая каскадные ГЭС на Пяндж и Нарыне, а также региональные ВИЭ-кластеры.
Энергетика Центральной Азии — от потенциала к действию
Центральная Азия обладает не только всеми природными предпосылками, но и возможностью сыграть ключевую роль в евразийской энергетической трансформации.
В условиях климатических угроз и стремления мира к декарбонизации, региону важно не упустить момент.
Энергия солнца, ветра, воды и земли здесь — не просто потенциал, а реальный путь к энергетической независимости и устойчивому будущему.
