На афгано-иранской границе 27 мая произошли столкновения между пограничниками двух стран, в результате которых погибли три человека — два иранских пограничника и один боевик движения «Талибан».
Однако число погибших может быть и больше. Как пишет российский эксперт по Афганистану Андрей Серенко со ссылкой на источники в Кабуле, потери талибов в вооружённом конфликте с Ираном 27 мая 2023 года составили: 12 убитых, 36 раненых.
В начале столкновения Информационный центр пограничной службы Систана и Белуджистана сообщили, что произошла перестрелка с неизвестными вооруженными людьми, планировавшими проникнуть на территорию Исламской Республики Иран.
В Тегеране заявили, что подобные конфликты не нужны ни одной из сторон, и призвали избегать их в будущем.
«Любой конфликт между Ираном и Афганистаном приведет к стратегическим потерям для обеих сторон. Будьте начеку!», — заявил начальник главного управления по Южной Азии иранского МИД Сайед Расул Мусави, призвав избегать подобных столкновений в будущем.
Стычка произошла на границе между иранской провинцией Систан и Белуджистан на юго-востоке страны и юго-западной афганской провинцией Нимроз.
Власти Ирана заявили, что талибы первыми открыли стрельбу, «Талибан» выступил со встречными обвинениями. В связи с произошедшим Тегеран закрыл пограничный переход с Афганистаном.
К 28 мая ситуация на границе нормализовалась, сообщают иранские СМИ. Стоит отметить, что подобные конфликты и очаги напряженности выгодны геополитическим соперникам Ирана — американцам, сионистам и англосаксам.
В свою очередь, Абдулхамид Хорасани, представитель движения «Талибан», отреагировал на пограничные бои строгим предупреждением Ирану.
«Не стоит недооценивать нашу силу. Пока вы вступаете в сговор с западными державами, мы остаемся истинными мусульманами. С одобрения старейшин нашего исламского эмирата мы могли бы завоевать Тегеран», — заявил он, подчеркнув решимость талибов.
В попытке деэскалировать ситуацию министерство обороны Афганистана тоже выступило за диалог как наиболее разумный путь к решению проблемы.
«Исламский эмират считает, что продолжение мирных переговоров отвечает наилучшим интересам обеих сторон. Контрпродуктивно искать причины для войны», — подчеркнули в министерстве.
Столкновение произошло после того, как ранее в этом месяце президент Ирана Ибрахим Раиси предупредил талибов, чтобы они не нарушали права его страны на воду в реке Гильменд.
Река длиной 1150 км протекает по территории обеих стран. Тегеран обвинил талибов в нарушении договора 1973 года, по которому Афганистан обязался поставлять в Иран в среднем 820 млн кубометров воды в год, и ограничении потока в засушливые восточные районы страны. Кабул отрицает обвинения.
К чему может привести этот водный спор?
Территория на юге афгано-иранской границы — это один из наиболее засушливых и бедных регионов двух стран, население которого критически зависит от вод реки Гильменд.
Весной 2021 года тогда еще действующий президент Афганистана Ашраф Гани торжественно открыл плотину Камаль Хан, лишив воды иранскую провинцию Систан и Белуждистан.Талибы продолжили политику предшественников в отношении главной артерии региона.
В ответ Тегеран обвинил их в нарушении ирано-афганского договора о водных ресурсах 1973 года, а в самом Иране начались нападения на афганских дальнобойщиков.
Ранее мы писали, что вопросы распределения водных ресурсов может стать причиной вооруженных конфликтов в том, числе и с другими соседями.
Это может привести к невиданной борьбе за водный ресурс в Центральной Азии, так как они затеяли грандиозную стройку мег-проект — это канал Кош-Тепа.
Его реализация поможет дать воду из Амударьи к засушливым регионам Афганистана, но в то же время, оставить без живительной влаги Туркменистан и Узбекистан
Нил афганского разлива
Протекающая практически через всю территорию Афганистана с востока на запад река Гильменд обладает крупнейшим бассейном в стране, в ее дельте и вдоль узкой прибрежной полосы между пустынями Иранского нагорья живет большинство населения почти безлюдных провинций юго-запада Афганистана и востока Ирана.
Гильменд, как и другие крупные реки Центральной Азии, можно сравнить по своей значимости для местного населения с Нилом, вокруг которого сформировалась древнейшая цивилизация планеты.
Урегулировать режим использования вод «афганского Нила», чья дельта расположена на территории Ирана, попытались премьер-министры двух стран в 1973 году.
Согласно заключенному соглашению, Афганистан принимал на себя обязательства обеспечить сток на иранскую территорию в объеме 850 млн кубических метров воды в год.
Сразу после боестолкновения с Ираном 27 мая талибы ускорили работы по возведению плотин, расположенных в приграничных с Ираном провинциях Афганистана, пишет российский эксперт по Современному Афганистану Андрей Серенко со ссылкой на талибские источники.
По его данным, начались работы на плотине Бахш Абад в провинции Фарах, на плотине в провинции Забуль и на плотине Пашдан в провинции Герат.
«Это будет четким сигналом для Ирана», — пишут талибские пропагандисты.
По его мнению, Талибан идёт на дальнейшую эскалацию напряжённости в отношениях с Тегераном и решил усилить «плотинный шантаж» в адрес иранских властей. Ответ Ирана наверняка скоро последует и, скорее всего, тоже будет асимметричным.
Однако водный вопрос хоть и очень важный, но не самый главные есть и ряд других причин напряженности на ирано-афганской границе, которая доходит до вооруженного противостояния с применением тяжелой военной техники.
Территориальный вопрос
Второй вопрос, который, на взгляд аналитиков паблика «Джумхурият», является более важным, чем водный – это территориальный вопрос.
Талибы на протяжении долгого времени оспаривают границу: укрепления иранцев построены в километре к западу от юридически закрепленной линии, и талибы считают эту километровую зону своей, препятствуя доступу туда иранцев.
Сейчас последние проводит там земляные работы, что, вероятнее всего, и спровоцировало очередной конфликт.
Опубликованные подробности приграничного конфликта иранским агенством ИРНА еще раз подтверждают, что в Афганистане могут считать часть территорий, где происходил бой как свою, а иранцы своей.
Похожая ситуация происходит и на афгано-пакистанской границе, только работы в спорной зоне уже вели талибы.
Эти периодические вооруженные конфлиты на границе яляются также продолжением не решенности застарелых проблем между обоими государствами в области спорных территорий и безопасности.
Зачем талибы это делают? Возможно, с их стороны напряженность на границе — элемент политического торга, так как Иран неоднократно демонстрировал чувствительность к ее безопасности (но это не точно).
Укрывание революционеров
Одна из причин вооруженного противостояния заключается в том, что талибы дали убежище некоторым белуджийским муллам и активистам, в отношении которых Тегеран хочет провести судебное разбирательство.
Контрабанда наркотиков
Провинция Гильменд является одной из лидирующих провинций по выращиванию сырья для производства героина. (В первой половине 2010-х годов в Гильменде производили чуть менее половины всего опиумного мака в мире).
Несмотря на активную борьбу с наркотиками, ликвидировать самую крупную сеть по производству героина (с которой кормится верхушка талибов, контролирующая провинцию Гильменд) не представляется возможным.
Внутриполитическая борьба
Фракции Талибана в провинции Гильменд стремятся увеличить свою автономию от правительства в Кабуле.
Как уже не раз указывалось ранее, Талибан внутри очень неоднороден и не монолитен. Структура подчиненности в иерархии талибов крайне специфична.
Внутреннее противостояние может разгореться, когда центральная власть Талибов затронет ключевые интересы власти конкретной провинции (в данном случае отрасли по производству героина).
Объективно, ни Талибан, ни Иран не смогут извлечь никакой серьезной выгоды из этого конфликта.
В случае усиления того подразделения Талибов, которое располагается в провинции Гильменд, Кабулу будет труднее контролировать данный регион + открытое ведение боевых действий с другим государством станет еще одним фактором, который усугубит попытки Талибана получить общее признание.
