Издание «Financial Times» в большом аналитическом материале обращает внимание на то, что главным инструментом морского сдерживания Ирана в Персидском заливе остаётся не классический флот, а так называемый «москитный флот» Корпус стражей исламской революции.
Речь идёт о сотнях скоростных катеров, беспилотных морских платформ и мобильных ударных групп, которые Тегеран десятилетиями развивал как часть стратегии асимметричной войны против более мощных военно-морских сил США.
По оценкам аналитиков, именно эта сеть малых, быстроходных и трудноотслеживаемых средств создаёт для Вашингтона наибольшую проблему в районе Ормузского пролива — одного из ключевых энергетических коридоров мира, через который проходит значительная часть мировых поставок нефти и СПГ.
Газета подчёркивает, что география играет на стороне Исламской Республики.
Протяжённая береговая линия, многочисленные бухты, подземные тоннели и укреплённые базы вдоль южного побережья позволяют КСИР скрытно размещать и быстро перебрасывать катера к Ормузскому проливу.
Даже ограниченные действия — атаки дронов, минирование или кратковременные нападения на танкеры — способны вызвать панику на мировых рынках и резко повысить стоимость страхования морских перевозок.
Эксперты отмечают, что Исламской Республике необязательно полностью перекрывать пролив: достаточно создать ощущение нестабильности, чтобы глобальная логистика и энергетические рынки начали испытывать серьёзное давление.
По данным издания, стратегия Тегерана уходит корнями в эпоху ирано-иракской войны 1980-х годов, когда ИРИ начала активно использовать тактику «роевых» атак небольшими катерами, морские мины и нестандартные методы давления на судоходство.
С тех пор эта концепция значительно эволюционировала.
Сегодня часть катеров оснащается противокорабельными ракетами, средствами радиоэлектронной борьбы и беспилотными системами.
Отдельные образцы, включая катера типа «Серадж-1», создавались на базе высокоскоростных зарубежных моделей и адаптировались для ведения маневренного боя. Кроме того, Иран активно развивает морские беспилотники и автономные платформы, что позволяет расширять возможности флота без значительных затрат.
Особое внимание в публикации уделяется тому, что американская военная мощь в регионе оказывается в сложной ситуации.
Если Ирану достаточно создать угрозу нескольким судам, чтобы вызвать глобальную нервозность, то Военно-морские силы США вынуждены обеспечивать безопасность практически всего морского трафика через Ормузский пролив.
Это создаёт асимметричную нагрузку, где более дешёвые и мобильные средства Ирана способны навязывать дорогостоящую и изматывающую реакцию со стороны Вашингтона. Некоторые американские эксперты признают, что усиление давления на Тегеран может лишь активировать те сценарии, к которым Тегеран готовился десятилетиями.
На фоне последних кризисов в регионе всё чаще обсуждается вопрос о трансформации самой природы морской войны.
Иран показывает, что эпоха доминирования исключительно крупных авианосных группировок постепенно сталкивается с вызовами со стороны дешёвых дронов, скоростных катеров и распределённых сетевых систем.
В этом смысле «москитный флот» становится не просто региональным феноменом, а примером того, как небольшие державы пытаются компенсировать технологическое и финансовое отставание за счёт гибкости, географии и нестандартной тактики.
В конечном счёте, Ормузский пролив остаётся не только важнейшей транспортной артерией, но и потенциальной точкой глобальной нестабильности. Любая серьёзная эскалация в этом районе может повлиять на цены на нефть, международную торговлю и энергетическую безопасность десятков стран.
